Книга Бесчеловечный босс, страница 54 – Рокси Нокс

– И ты тоже побывал, – напоминает мне то, о чем я поклялся забыть. Однажды трахнул ее по пьяни и очень об этом жалею. Вообще невменяемый был тогда.

– Верни сумочку.

– Суки, дайте поспать! – орет Гусейн и бросает в нас подушкой.

– Тут Лоза, – кричит ему Анжела, и мужик подскакивает с кровати, как с батута.

– Ах ты ублюдина, – говорит Гусь, делая шаги мне навстречу. Он абсолютно голый, с красным распухшим носом. Не хило Наташка его треснула туфлей. – Где твоя сучка?

– Моей секретарши здесь нет, если ты о ней, – скрещиваю руки на груди.

– Я о той девке, что ударила меня вчера.

– А ты ударил меня. Так что мы в расчете.

Анжелка присвистывает:

– Вы вчера подрались, мальчики? Как это сексуально! Ну скажите, что из-за меня! – прикладывает руки к груди.

– Вот еще, – цокаю и брезгливо кривлюсь.

– Предлагаю всем срочно помириться и отправиться в постель, – девица хватает Гуся за длинный член. – Втроем.

– Да иди ты, – брезгливо морщусь. Меня стошнит от одной только мысли трахнуться с этими двумя.

– А что? Почему? Гусейн не против, правда, милый? – Анжела треплет его за бороду, как Хоттабыча, исполняющего желания.

– Пусть приводит ту девку, и тогда буду не против, – буркает Гусь.

Ага, щас, не получит он мою пугливую малышку. Она только для меня и моего члена. Я с ней только начал.

– Слышал, Игнат? Приводи девчонку и получишьее вещи.

– Вы конченые придурки, – закатываю глаза. – Значит, признаешь, что это ты сперла сумку?

– Слова выбирай, когда с будущим слугой народа разговариваешь, – говорит Гусейн.

Анжела молчит, но предыдущая ее фраза уже сыграла против нее.

– Анжела, сумку! – требую.

– Приводи девку, – встревает Гусь.

– Слушай, слуга народа, девчонка – моя. Ясно? Объясняю доходчиво: я ее трахаю, только я и никто более. Так понятно? Или мне позвонить отцу? По-моему, у него лучше получается объяснять.

– Анжи, отдай вещи. Пусть проваливает отсюда на все четыре стороны, – говорит Гусейнов и отправляется в кровать досыпать.

Аллилуйя, терпеть не могу беседовать с мужиками, у которых в процессе разговора болтается хер между ног.

Анжела дует губы, достает из шифоньера белую сумку и пихает мне в руки. Открываю молнию и проверяю содержимое: телефон, ключи, флакончик духов, карта, мелочь, конфеты, кольца… Похоже, все на месте.

– Приятного отдыха, – говорю возле двери и выхожу прочь из квартиры.

Захожу в ломбард и натыкаюсь на колючий взгляд Антона.

– Принесла деньги? – спрашивает не очень любезно.

– Вот, – достаю красную купюру и швыряю на стекло. – Мои украшения готовы?

Показывает глазами на картонный пакет, до которого мне не дотянуться. Это нужно будет пройти мимо него и случайно коснуться его. А я не хочу его касаться. Он мне… противен.

– Подашь пакет? – прошу.

– А давай кофе выпьем сначала, – предлагает ни с того ни с сего.

Я отшатываюсь и упираюсь лопатками в стену.

– С чего вдруг? – нервно сглатываю.

– Да просто так.

Антон встает со стула и поворачивается к чайнику. Не хочу здесь с ним рассиживаться. Отныне нас связывают только деловые отношения. Смотрю на его сгорбленную спину и думаю: Что я в нем нашла? Неужели на меня вообще никто не клевал, чтобы я связалась с этим… идиотом?

Антон выходит куда-то с телефоном и возвращается через минуту. Успела схватить пакет со своими работами, но уйти не успела.