Онлайн книга «Простушка для Генерального»
|
Зарубкина в длинной сорочке, поверх которой надет халат, плотно запахнутый на груди, а пояс завязан в морской узел. Думает не смогу пробраться через препятствия, как наивно. Ленка чинно откидывает одеяло и ложится на край постели. Я придвигаю ее к себе поближе, за что удостаиваюсь двум ударам ребром ладони по спине. – Ауф… Ты же упадешь ночью. Легла на самый край. – А что вы так за меня переживаете? – сощуривается язва. – Головой отвечаю за тебя перед мамой. Ленка недоверчиво усмехается и накрывается одеялом до самого подбородка. Я гашу основной свет, оставив лишь две электрические свечи. – Я жду поцелуй, Пчёлка. – Пчелки не целуются, они сразу жалят. – Так ужаль меня, только не больно. Прям в губы, можно с засосом. – Да вот прям щас! – фыркает бестия. – Ну да, сейчас, не утром же. Я жду, Ленусик. – Ленусик, Леночек – как сладко вы запели, Кир Игорич. Что–то хотите от меня? – невинно моргает ресничками. – Да, хочу тебя, очень, – признаюсь честно, рискуя схлопотать по морде. Но Ленка не стала драться, она рассмеялась. – И что тебя так развеселило? –интересуюсь. – Вы же хотели порадовать маму. – И себя заодно. – Мм, как интересно, – наблюдает за мной из–под полуопущенных ресниц. – Лен, у тебя мужчины были? – Были. – Хорошо было? – Было. – Ну вот. Я сделаю тебе так хорошо, что на всю жизнь запомнишь. Хочешь? Будет что вспомнить в старости, Лен. – Я бы не стала ради этого трахаться – ради воспоминаний. Склероз не дремлет, знаете ли. Можно натрахаться в молодости, а потом даже и не вспомнить. Обидно, знаете ли, будет. Смотрю на ее персиковые манящие губы – ну как они могут извергать такие гадости, глупости и остроты? Такие губки созданы, чтобы член половой ласкать. Вместе с язычком. Кстати, о члене. Он вытянулся под одеялом в полный рост и запульсировал. Лежу с сексуальной женщиной в кровати и говорю о всякой ерунде – о склерозе, мать вашу! Но это же Лена из Жупеево, поэтому ничего удивительного. Сам не могу поверить, что лежу в одной постели не с моделью, а с кладовщицей. – Ты забыла о поцелуе, – сворачиваю обратно к интересующей меня теме. – Что, прямо в губы целовать? – спрашивает ехидно. – Ну хочешь в живот; мне без разницы. Ленка выразительно фыркает и дёргает ногой. Задевает меня пяткой по колену, и я шиплю от боли. Ещё не уснули, а она уже не контролирует свое тело. Я удивлюсь, если утром не обнаружу на себе ни единого синяка. – Прошу прощения, – хихикает рыжуля, – слишком много вина выпила. Думала, это компот. Она пьяна! Вот это подарочек! Надо действовать решительно. Одними разговорами не взять эту огненную неприступную крепость. Как хорошо, что я весь вечер подливал ей винишко. Думал, что она любительница бухнуть. – Поцелуй, Лена. – Ладно, только отвяньте потом, – отвечает с зевком. – Спать хочу. Лена наклоняется к моему лицу, чмокает меня в губы, и пока она не отстранилась кладу ладонь на ее затылок. Всасываю ее пухлые губки и кладу вторую руку на бесподобную упругую грудь. Не позволяю ей отпрянуть и жадно пожираю ее. Углубляю поцелуй и сжимаю сиську. Просто вау! Мягкая и упругая одновременно. Дрожащая девочка, кровь с молоком. И пахнет так вкусно. – Замёрзла? Сейчас согрею. Звонкая пощёчина приводит меня в чувство. Потираю щеку и уничтожаю Зарубкину взглядом: – Ты чего дерешься? – А что вы пристаёте? Речь шлао поцелуе, а сами грудь лапаете! |