Онлайн книга «Генеральный Нахал. Я тебе не дам(ся)!»
|
Он двигается все быстрее и быстрее, а я чувствую, как волна наслаждения накрывает меня с головой. – Еще… еще… – шепчу я. Он ускоряет темп, и мир вокруг расплывается. Кажется, я сейчас взлечу к звездам, обгоню Илона Маска и приземлюсь прямо на Марсе! Дурацкая привычка думать про Маска во время секса. Ведь мой Гордеюшка пусть и не такой богатый, зато в тысячу раз красивее и милее! – Алиса, взрывная ты моя девочка… – хрипит мой любимый. – Можно в тебя? – Нет! – впиваю в него яростно когти. Хитрый жук вместо полета на Марс пытается отправить меня ракетой в декрет. Мы так не договаривались! – Понял… Горячее семя льется мне на живот, и я чувствую, как пульсирует мое осиротевшее без его члена лоно. Мне с ним так хорошо. Секс просто нереальный. Я правда жалею, что убила на Ромку столько времени. Он того не стоил. – О чем думаешь? – спрашивает Державин. – О продолжении. – Алиса, ты ненасытная, – целует меня в плечо, – и мне это заходит. – Та-ак! Со следующего цикла пью таблы. Мне надоели твои намеки на залет. – Не хочешь ребенка? Почему? – Хочу еще немного потрудиться на благо твоей компании, – язвлю в ответ. – А если серьёзно, у меня мама строгая. Не простит мне беременности без кольца. – Тю! То же мне проблема. Завтра куплю тебе кольцо. – Гордей, не прикидывайся, я о загсе. – Хочешь пойти со мной в загс? Алиска, ты из меня веревки вьешь! – Я из тебя, и ты из меня! У нас тут взаимовыгодное обвитие, Гордей Денисович! Тебе ж нравится! – игриво толкаю его локтем. – Ладно, давай не будем торопить события. Дай мне насладиться свободой. Ну, и твоим обществом, конечно… пока ты окончательно не одомашнился. – Одомашнился? Я?! Алиса, да я дикий мустанг! Меня невозможно приручить! Разве что… любовью и хорошим стейком. – О, стейки я тоже люблю! – смеюсь. – Но загс – это тебе не стейк, тут одной любовью не отделаешься. Тут нужна… решительность, смелость, ну и, наверное, новый костюм, чтобы выглядеть солидно. – Костюм? Дакак два пальца! Для тебя готов на все! Хоть сейчас поедем выбирать! Только скажи. Лишь бы ты перестала говорить о таблетках и маме! – Ой, ну все, все! Я замолкла! – Это нереальная крутая штука – уметь вовремя замолчать, – ржет Державин. – Алис, я точно на тебе женюсь. – Ловлю на слове. Потом не отнекивайся. – Иди сюда. Дам тебе желанное продолжение. – Только подольше пожалуйста. …. Где-то через час… – Достаточно долго трахаю? – тяжело дыша, спрашивает Гордей. Он весь блестящий от пота, я с растрёпанными спутавшимися волосами и распухшими от поцелуев губами. – Долго? Гордей, дорогой, да я только разогрелась! Ты всерьез думал, что уложишь меня за час? У тебя еще вся ночь впереди. Гордей хрипло смеется, откидываясь на подушки, но тут же снова наваливается на меня, зарываясь лицом в мои волосы. Я чувствую, как его дыхание обжигает мою кожу. – Ах ты, ненасытная! – шепчет он восхищенно, покусывая мою шею. – Ладно, раз ты так хочешь, я готов! Только учти, потом не жалуйся на усталость. Смеюсь в ответ, обвивая его шею руками. Усталость – это последнее, о чем я сейчас думаю. Гордей обхватывает мои бедра, приподнимая меня навстречу своему набухшему. Каждое его движение – это взрыв, фейерверк, цунами ощущений, которые накрывают меня с головой. – Ты у меня такая… такая… – бормочет он, ища подходящее слово. – Бешеная! Вот! И я тебя за это обожаю. |