Книга Измена. Отпуск с мачо, страница 32 – Рокси Нокс

– О чем задумалась? – щелкает пальцами перед моими глазами Тим.

– Да так, о матерях и хозяйках.

– А я думал, обо мне, – тянет разочарованно. – Так, ужин я заказал. А ты почему всё еще не в купальнике?

Под его взглядом снимаю рубашку-платье и остаюсь в темно-зеленом раздельном купальнике. Слава богу, я голодна сейчас, а значит, живот не торчит.

– Стройная, как девочка, – отвешивает мне комплимент Тим и кладет свои загребущие руки мне на талию.

– Муж на прощание мне сказал, что ни у одного мужика на меня не встанет.

Тим резко зажмуривается, как будто вдруг нечаянно порезался:

– Shh… Мудак он, что тут сказать! Просто хотел тебя обидеть.

– И у него получилось. Вусмерть растопталмою самооценку.

– Мне хочется его убить, – признается мачо. – Это нормальное желание?

– Мне тоже, значит – нормальное, – пожимаю плечами. – Но пусть живет и страдает.

– Простишь его?

– Нет. Никогда! – горячо возражаю.

Моё дыхание сбивается. Близость Тима обескураживает меня. От него приятно пахнет – парфюмерией, и чуть-чуть потом. Мне хочется его потрогать, и я кладу руки ему на плечи. Смотрим друг другу в глаза. Мне приходится приподнять для этого голову.

Тимофей наклоняется и нежно целует меня в губы. Не напористо, как он это обычно делает, а ласково, почти робко, едва касаясь моих губ.

– Ты этого не заслуживаешь, – шепчет он.

– Тебя?

– Нет, такого обращения с собой. Ты великолепна, ты на вкус, как рай.

– Зачем ты мне это говоришь? Я и так твоя. Разве не видишь?

– Ещё не моя, – он развязывает зубами верх моего купальника.

Как это эротично… боже…

Тим подхватывает меня на руки и кладет на диван. Покрывает поцелуями мою кожу, которая тотчас же покрывается пупырышками. С океана дует приятный ветерок-бриз и холодит нашу разгоряченную кожу.

Его язык касается моего соска. О, разве недостаточно он терзал сегодня мою грудь? Она до сих пор чувствительна, и сосок моментально твердеет.

Его эрекция упирается мне в бедро. Прикрываю веки и слышу чьё-то деликатное покашливание…

Отталкиваю от себя Тима, поправляю чашечку купальника и вижу, что возле двери мнется смущенная девушка в форме служащей отеля. Она смотрит в пол, но нетрудно догадаться, что она все-таки видела, чем мы занимались.

Бросаю на Тима гневные взгляды, но он как ни в чем не бывало машет ей рукой:

– Входи, Кала.

Кала заносит огромный поднос с едой. От тарелок исходит умопомрачительный аромат, и я немного оттаиваю.

– Спасибо, Кала.

Девушка складывает вместе ладони и кивает, выдав тираду на незнакомом мне (должно быть, гавайском) языке.

– Почему твоя Кала не постучалась?! – набрасываюсь на Тима, когда она уходит.

– Дверь была открыта. Всё нормально, Ир. Мы же не делали ничего такого.

– Ничего такого?! В последнее время мою голую грудь слишком часто видят посторонние. Хватит уже меня раздевать!

– А я еще не раздевал. Только примерился.

– Ага, – фыркаю.

– Пошли в бассейн, будем плавать и наслаждаться ужином.

Даю утянуть себя в бассейн. Поднос держится на воде, но у меня такое чувство, что он вот-вот пойдет ко дну вместе с едой.

– Да не утонет, не боись, – смеется Тим, рассматривая моё лицо. – Всё сожрём, – подносит к моему рту кусочек багрового тунца на вилочке.

М-м, тает во рту. Чертовски вкусно.

– У тебя в отеле отличный су-шеф.

– Он из местных. Ещё никто не жаловался на еду в Вулкане.