Книга Моя идеальная ошибка, страница 12 – Оливия Хейл

Конни улыбается, замечая меня.

— Изабель, — говорит она и заключает меня в объятия. — Спасибо, что смогла так быстро прийти.

Все смотрят. Любопытные взгляды окружают нас, будь то возвращающиеся с обеда работники... или откровенно пристально следящая на ресепшене девушка.

Я никогда раньше не видела, чтобы на нее так реагировали. Для меня Конни всегда была просто Конни — подругой с йоги, на ужинах, дома или в ресторанах.

— Пойдем, — говорит она, проводит картой, и мы проходим через турникеты.

Лифт открывается, и она сразу заходит внутрь. Я замечаю, что остальные сотрудники останавливаются, выбирая другой лифт. Она вообще понимает, насколько ее тут уважают?

Судя по легкой улыбке на лице, сомневаюсь. Это заставляет любить ее еще сильнее. Хочется сказать, какая Конни крутая, но оставляю это для другого разговора.

— Алек очень благодарен, что ты пришла. Может, и не признается, но это так, — говорит она.

— Ты сказала, няня уволилась? Сегодня?

— Да, и она такая не первая, — она толкает меня в плечо. — Моя племянница... с характером. Надеюсь, ты не против трудной публики.

Это заставляет меня засмеяться впервые за несколько дней.

— С детства перед такой выступаю.

— Я так и думала, — говорит она. — Ты, может, и гибкая, но не ломаешься.

Может и нет, но за эту неделю не раз казалось, что хожу по лезвию ножа. Мы идем по офису на верхнем этаже с длинными коридорами, где один скучнее другого. Наконец, подходим к мужчине за столом справа от большой деревянной двери с надписью «Генеральный директор», выбитой на позолоченной табличке.

Интерьер немногоошеломляет. В Танцевальной Академии все было старым. Поношенным, как пара старых пуантов. Гранты были редкостью, и каждый цент шел в постановку, а не на внешний антураж. А здесь же деньги ощущаются в каждой линии. В дорогом декоре, в глянцевой краске на стенах.

— Прости, вынуждена тебя оставить, — говорит Конни с виноватой улыбкой. — У меня с минуты на минуту видеозвонок с поставщиком из Японии. Напиши, когда закончишь, ладно? Может, пообедаем вместе.

— Ага, отличная идея.

Она исчезает, и я остаюсь одна прямо перед дверью офиса. Его ассистентка бросает на меня короткий взгляд, нажимает кнопку на клавиатуре, и массивная дверь распахивается, но за ней никого нет.

— Входите, — раздается голос.

Я сглатываю ком в горле и ступаю в офис Алека.

Тот сидит за огромным стеклянным столом. За его спиной простираются панорамные окна, открывающие вид на город. По левую руку — встроенные книжные полки, уставленные книгами, чертежами и редкими рамками с сертификатами.

— Привет, — говорю я.

Выражение его лица нечитаемо.

— Привет. Присаживайся.

Я опускаюсь на стул напротив. Закидываю ногу на ногу и прочищаю горло.

— Слышала, ты ищешь новую няню?

— Да. Конни предложила твою кандидатуру, — отвечает он, и в уголках губ появляется слабый намек на недовольство. — Как твоя травма?

— Уже лучше, — говорю я. — Спасибо, что отвез меня домой.

— Но ты больше не танцуешь.

Я прожила с этим фактом уже целую неделю. Неделю — после многих лет, прожитых внутри мечты. Больно слышать это вслух, в такой прямой формулировке.

— Нет, пока нет. До тех пор, пока полностью не восстановлюсь.

Он кивает и откидывается в кресле. Густые темно-русые волосы аккуратно подстрижены и зачесаны назад.

— Почему ты считаешь, что справишься с ролью няни?