Книга Моя идеальная ошибка, страница 16 – Оливия Хейл

Она пожимает плечами, не отрываясь от разделочной доски.

— Да, в основном. Но это не значит, что им не нужно руководство. У Сэма часто бывают большие проекты, и он легко забывает про задания. Уилле... ну, помощь в учебе почти не нужна. Она и сама отлично справляется.

Я бросаю взгляд на Уиллу, по-прежнему сидящую за столом, склонив голову. Похоже,погружена в работу, но я уверена, что она слышит каждое слово.

— Наверняка оба умницы, — говорю я. — Папа говорил о них только хорошее.

Ручка в руке Уиллы чуть замирает. Ага. Точно слышит.

— А когда он сегодня вернется? — спрашиваю я.

— О, совсем забыла сказать. Вот, — Катя вытирает руки полотенцем и подходит к холодильнику. К нему магнитом прикреплен планшет. — Здесь обновляется его расписание, ассистент все ведет. Посмотрим... Алек будет дома в шесть. Успеет к ужину с детьми.

— Отлично, — говорю я. Значит, у меня еще три часа. — Спасибо, что так тепло меня приняли. Могу представить, как вам и Маку тяжело с такой текучкой нянь...

Вежливое выражение лица Кати становится мягче, искреннее, и она чуть слышно вздыхает.

— Да, было нелегко. Но у меня хорошее предчувствие насчет тебя.

Это заставляет улыбнуться в ответ.

— Спасибо.

Следующие три часа проходят ничем не примечательно. Уилла ясно дает понять — игнорированием — что ей от меня ничего не нужно. Я уважаю это. Возможно, это ее способ оценить новую няню: сначала дистанцироваться, и если все так, я не стану мешать.

С Сэмом проще. Он рад появлению новой слушательницы, и с удовольствием рассказывает про пластмассовые постройки и истории из школы. Я сижу на ковре в его комнате и слушаю. Помогает, когда спрашиваю про школьные задания, и даже достает бумажку с инструкциями из рюкзака. Мягкую бумажку.

Все меняется, когда домой возвращается Алек.

Словно весь дом до этого затаил дыхание и с его приходом выдохнул. Уилла бросает раскраску и бежит в прихожую. Сэм идет медленнее, но не забывает прихватить сконструированный ранее корабль, чтобы показать отцу.

Я задерживаюсь в коридоре чуть позади.

Алек стоит у тумбы, расстегивает запонки и бросает их в небольшую чашу. На фоне детей кажется невероятно высоким.

Они говорят одновременно.

— Папа, смотри, я сделал корабль. Большой.

— У нас была гимнастика, и я стала второй по результатам в классе.

Алек треплет Сэма по волосам и улыбается Уилле.

— Молодец, солнышко.

— Папа!

— Ого, крутой корабль. Похож на тот, что мы видели в гавани пару недель назад? — спрашивает он, стягивая пиджак.

Что-то в этом моменте заставляет глаза заслезиться. Мне не положено видеть Алека Коннована таким. Никому не положено, кроме самогоблизкого круга. И я точно к нему не отношусь.

Но отвести взгляд не могу.

Суровость, которую я привыкла видеть на его лице, по-прежнему присутствует, но будто притуплена. И я не могу понять, то ли это маска... то ли настоящая его сторона.

Он слушает детей с особой сосредоточенностью и закатывает рукава светло-голубой рубашки. Сантиметр за сантиметром, его сильные руки медленно складывают ткань.

Трудно не представить эти руки... Нет. Я справлюсь с влечением. Ну и что, что он высокий, широкоплечий и чертовски привлекательный? Не имеет значения, что возраст делает его еще более эффектным, или что по спокойной, сосредоточенной силе я уже слишком долго скучаю.