Книга Бывшие. Я загадала папу, страница 29 – Татьяна Тэя

И Марат, наверное, тоже это видит. Но ждёт, когда я первая признаюсь. Или… я не знаю, почему молчит.

Потому что ты один раз уже ушла от ответа. Заткнула ему рот,– напоминает внутренний голос.

Дмитрий куда-то уходит, а мы оказываемся в гостиной. Вскоре перед нами и чай, и печенье, и яблочный пирог. И так приятно после долгой дороги и морозной улицы выпить горячего чаю с пирогом.

Дарина в восторге.

Она откусывает огромный кусок, жуёт и с набитым ртом тыкает пальцем на стену.

– Вот сюда повесить.

– Пейзаж?

– Не-а, – мотает головой. – Мою.

Я смотрю на спокойные натюрморты и серые тёмный лес на одной из картин, и представляю смешной рисунок ребёнка в дорогой рамке рядом с ними. И хихикаю.

– Не смейся, – обижается Дарина. – Я старалась.

– Я знаю, милая, знаю.

Марат вскоре присоединяется к нам.

– Сходил к отцу. Он рад, что я приехал, – делится Дивов. – Какие бы не были между нами противоречия, он всё равно меня любит, знаешь? Даже не смотря на то, что Дмитрий регулярно капает ему на мозг насчёт меня.

– И ничего хорошего, по всей видимости.

– У нас с детства конкуренция, – вздыхает Марат. – Это не убрать… и, видимо, не уменьшить. Иногда мне кажется, – понижает голос, садясь рядом, – что он чувствует себя кукушонком, который хочет всех раскидать из гнезда. И боится, что его самого выпрут.

– Ты бы не стал.

– Я бы не стал, но он этого не понимает.

Дивов тянется за куском пирога и, откусив, закатывает глаза.

– Фантастика, у Любаши Павловны всегда во рту тают. Ты пробовала?

– Неа, не успела.

– Попробуй, попробуй, – протягивает мне свой кусок.

Я смотрю, как он приближается к моим губам и, облизнув их, ем с рук Марата.

Он, замерев, смотрит, как двигаются мои губы.

И напряжение от того, что мы находимся в новом и довольно неприветливом месте, сменяется совершенно другим напряжением.

Аромат парфюма Дивова врывается в мою голову. А тёплые пальцы стряхивают крошки со щеки. Левым боком я прижата к его крепкому телу.

Мы в интимном пространстве друг друга, и это очень опасно.

Очень…

Новое потрясение ждёт меня наверху, в комнату, куда нас приводит Марат, и куда уже отнесли наш багаж.

– Что это? – смотрю на Марата выразительно, когдаон закрывает дверь за нашими спинами.

– Кровать, – указывает на очевидное.

Мой взгляд становится ещё выразительнее.

– Но почему она одна?

Я стою, глядя на Марата, который, кажется, таким же растерянным, как и я.

– Прости, я что-то как-то не сообразил, что нам надо будет делить кровать.

– Я ничего с тобой делить не собираюсь, – тут же обозначаю границы и, сложив руки на груди, приподнимаю бровь.

Ситуация немного странная, он не подумал, я не подумала, а в итоге вышло так, как вышло. Если честно, в моей голове была какая-то отдельная комната для меня, но вообще логично, раз мы пара – спать надо вместе.

– Марат, – начинаю я, стараясь говорить спокойно, – Я тогда к Даринке пойду. У неё там полуторка, мы уместимся. А ты спокойно спи здесь.

Дарине выделили отдельную комнату, соседнюю с нашей. Она за стенкой.

– Я как раз планировала переодеться во что-то удобное и пойти ей почитать. У неё и останусь.

Дивов хмурится, видимо, мой план его не устраивает.

– Юля, я понимаю, что это выглядит странно, но… – он смотрит на меня с мольбой, напоминая нашкодившего парня, которому срочно надо вымолить прощение у понравившейся ему девушки. – Наше проживание в разных комнатах будет подозрительным для моей семьи. Если они увидят, что ты спишь в детской, подумают, что между нами что-то не так.