Книга Отец парня. Ты моя страсть, страница 19 – Елена Смелина

Ее колотит всю. Тело ледяное, безжизненное. К себе сильнее прижимаю, руками кожу растираю. Оживает, за шею цепляется, зубами прямо на ухо стучит.

В душевую ее заталкиваю. Теплую воду включаю. Место здесь для одного недостаточно, а мы вдвоем втискиваемся. На себе ее распластываю. Так будет теплее всего.

Собой согреваю, только и мне эта близость нелегко дается. По телу огонь растекается. Кровь от головы отливает, вниз устремляется. Хер уже пульсирует от напряжения, девчонке в живот упирается. Сам не замечаю, как сильнее ее бедра стискиваю. Губами по тонкой шее скольжу.

Она расслабленная, податливая. В руках моих, как воск, тает. Кожа теплеет. Дыхание ускоряется. Ладонями мне за плечи цепляется, мелко подрагивает.

К стене ее прижимаю, ноги раздвигаю, на бедра усаживаю. Губами вниз скольжу. Ключицы языком исследую, к груди ее подобраться стремлюсь.

Себя уговариваю, что нельзя так, неправильно. Оторваться не могу. Своей хочу сделать. Прямо в душе и плевать на все. Кружевной бюстгальтер с нее сдергиваю. На торчащие соски любуюсь. Подушечками пальцев их поглаживаю.

Она глаза распахивает. Смотрит на меня с удивлением. Опомниться ей не позволяю. В рот розовый холмик засасываю. Она вскрикивает, дугой прогибается. Вырываться начинает, но только сильнеев меня вжимается и постанывает. Сладко так, многообещающе.

– Папа, как вы там? – рвется Сергей в дверь. – Аня в себя пришла?

Рычу от злости. С трудом от нее отрываюсь.

Воду отключаю, в полотенце ее закутываю. Сам мокрый над ней нависаю, на стояк внимания не обращаю.

Губы у нее трясутся, смотрит в сторону. На щеках румянец выступил. И не поймешь, от смущения или жар начинается.

– Плед теплый достань и чай горячий в термосе. Ане сейчас самое то будет, – произношу хрипло, голос свой не узнаю.

По живому себя режу, но девчонку к сыну отпускаю. Дверь открываю и в каюту ее выталкиваю. Она послушно выходит, всхлипывает.

– Анечка, – шепчет Сергей. – Не плачь, все нормально будет. Сейчас домой приедем, врача тебе вызовем.

Девчонка молчит, только всхлипывает. Ей не врач, хороший трах нужен. Снова в душ захожу, воду холодную включаю.

Растираюсь полотенцем, на бедра его наматываю и в каюту возвращаюсь.

Она на кровати, поджав ноги, сидит, в плед закутанная. Глаза огромные, губы подрагивают. В руках чашку держит. Сергей перед ней на коврике устроился. Взглядом побитого щенка смотрит.

От картины этой меня передергивает всего. Одежду чистую с полки забираю и на палубу иду, лишь бы не смотреть на голубков этих. Бесят.

Аня Перепелкина

– Анечка, – уговаривает меня Сергей, – Не плачь, все хорошо будет.

Я только сильнее в плед кутаюсь, глаза от парня отвожу. Как смотреть на него после случившегося?!

Меня колотит всю. Слезы наворачиваются. Всхлипываю постоянно, остановиться не могу.

– Где у тебя болит? Жар есть? – спрашивает парень и ко лбу руку протягивает.

Дергаюсь, отшатываюсь от него как ошпаренная.

– Не трогай меня, пожалуйста, – шепчу сдавленно.

Чувствую себя грязной. Неправильной. Кожа горит. Боюсь, если дотронется, сразу поймет, как меня его отец в душе касался.

Никогда так близко с мужчиной не была. Огромный. Горячий. Пугающий.

От воспоминаний меня в жар бросает. Щеки краской заливает. Спрятаться хочу, чтобы не заметил никто, какая я теперь.