Книга Стылая вода, страница 63 – Анастасия Ватутина

— Ты любила его?

— Конечно, любила, но, не настолько сильно, чтобы полностью довериться ему и рассказать, что пью не потому, что законченная алкоголичка, а потому, что среди живых людей вижу мертвых и это сводит меня с ума, а алкоголь полностью стирает эту способность, и я сделала выбор в пользу бутылки, а не сумасшедшего дома.

— А ты никогда не хотела ему все рассказать?

— Тогда нет. Но сейчас я все чаще думаю, что нужно было попытаться. Видишь ли, в отношениях всегда участвуют двое, поэтому твое решение неизбежно отразится на партнере. Я не стала обсуждать с твоим отцом то, что вижу, а он не стал обсуждать со мной свое решение от меня уйти. Но, если бы мы были честны друг с другом, кто знает, возможно, наша жизнь с ним сложилась бы совсем иначе. Хотя если я могу понять то, что он бросил меня, мне никогда не простить его за то, что он отказался от дочери.

— Ты жалеешь о том, как все вышло?

— Разумеется! Яна, не было ни дня, когда бы я не жалела о том, во что превратила свою жизнь и как заставляла страдать тебя! Мне никогда не искупить перед тобой свою вину, единственное, что я могу сделать — предостеречь тебя от повторения моих ошибок. Яна, если ты кого-то любишь, не принимай решения, касающиеся вас двоих в одиночку.

— А если это решение, наоборот, спасет от страданий нас обоих?

— Ты не можешь этого знать, — уверенно заявила мать. — Ты видишь только одну сторону медали и лишаешь другого человека права сделать свой выбор. Тебе кажется, что ты защищаешь его от страданий, но ты не думала, что, разбив ему сердце, причинишь гораздо больше боли, а он даже не будет знать, что таким образом ты пыталась его защитить? Мой тебе совет: позволь человеку самому принимать решения, не делай этого за него. Даже если вы не будете вместе, хотя бы объясни ему, почему. Будь честной. Не повторяй моих ошибок.

— А сейчас ты бы хотела встретиться с отцом и все ему объяснить?

— А зачем?

— Он ведь всю жизнь живет с тем, что оставил любимую женщину с ребенком. Возможно, его мучает это.

— И поделом, — зло сказала мать. — Он бросил своего ребенка! И ни разу за все эти годы не попытался узнать, как ты и что с тобой. Так что пускай мучается, он это заслужил. Мы оба виноваты, перед тобой, Яна.

Лежа в своей старой комнате, Яна, по привычке, разглядывала узоры на обоях и размышляла над словами матери. Она понимала, что та права — нужно во всем признаться Марку. Но как он все это воспримет? В глубине души Яне хотелось, чтобы он взял ее за руку и сказал, как сильно любит, что никакие договоры над ними не властны, они будут жить долго и счастливо, несмотря ни на что. Но другой тоненький голосок напомнил ей, что долго и счастливо не получится, поэтому все их дни будут наполнены ожиданием неминуемой смерти. Яна знала, что, просыпаясь по утрам в объятиях Марка, будет гадать, доживет ли она до вечера, а, глядя на его улыбку невозможно, будет не думать, что она может стать последней, ведь со смертью Яны Марк снова погрузится в отчаяние, и, кто знает, сможет ли он когда-нибудь снова почувствовать себя счастливым? Каждый день их совместно жизни будет отравлен. Какой из них станет последним? Произойдет это через год? Или два? А может, им отведены всего несколько месяцев, а то и недель. В воспоминаниях всплыл искорёженный автомобиль и ее обезображенное лицо. Яна вздрогнула и схватила телефон, чтобы поскорее прогнать из головы чудовищную картину.