Книга Разбитое отражение, страница 24 – Анастасия Ватутина

Он лежал, уставившись в потолок, прислушиваясь к собственному учащенному сердцебиению, в очередной раз гадая, правильно ли поступает.

– У вас раньше был опыт погружения в гипноз? – неожиданно раздался спокойный голос Анны. Марк настолько углубился в свои размышления, что совсем забыл, что он здесь не один.

– Нет, – ответ прозвучал хрипло и, как ему показалось, слишком тихо, поэтому откашлявшись, он повторил чуть громче: – Ни разу.

– Тогда я немного расскажу вам о том, как будет проходить сеанс. В первую очередь вы должны четко осознавать, что все, увиденное вами в состоянии гипноза, вы уже проживали раньше. В настоящем вам ничего не угрожает. Вы в безопасности. Когда я начну считать до десяти, вы погрузитесь в транс, увидите фрагменты ваших прошлых жизней. Я не могу сказать, как далеко мы сможем зайти на первом сеансе, все будет зависеть от того, насколько глубоко хранятся ваши воспоминания. Порой травмирующие события слишком надежно спрятаны, и нам может потребоваться несколько сессий, чтобы добраться до них, поэтому не огорчайтесь, если после первого же сеанса вы не получите ответов на свои вопросы. В регрессии важна прежде всего готовность идти до конца, постепенно и осторожно, чтобы старые травмы не привели к новым сожалениям уже в этой жизни.

Марк кивнул, давая понять, что готов. Анна запустила стоявший на столике между ними метроном и принялась считать.

– Мой голос будет вашим проводником. Итак, если вы готовы, начнем.

Марк вслушивался в мерное тиканье, пытаясь синхронизировать с ним свое дыхание. Постепенно сердцебиение стало ровнее, а к звуку метронома присоединился низкий протяжный вой.

– Что это за звук? – спросил Марк, не открывая глаз.

– Я ничего не слышу, – спокойно отозвалась Анна. – Это звук из ваших воспоминаний. На что он похож.

– Не знаю, – Марк задумался, – на сирену воздушной тревоги?

– Вам страшно?

– Нет, – удивленно ответил Марк. – Я как будто к этому уже привык.

– Вы что-то видите?

– Сложно разобрать, – Марк внимательно вглядывался в темноту за закрытыми веками. – Мне кажется, я в каком-то здании. Возможно, в укрытии.

– Можете выйти оттуда? Не бойтесь, вам ничего не угрожает, – добавила она, заметив, как дрогнули веки Марка.

– Я на площади.

– Вы узнаете это место?

– Нет, но даже если я и бывал здесь когда-то, то сейчас не могу вспомнить. Здесь повсюду обломки. Дым. Очень трудно дышать. – Марк закашлялся, и Анна дала ему возможность немного прийти в себя, прежде чем задала следующий вопрос:

– Вы знаете, почему оказались именно здесь?

– Да, – уверенно сказал Марк. – У меня здесь назначена встреча.

– Знаете с кем?

– Она не хотела приходить, – голос Марка дрогнул, он стал говорить торопливо и сбивчиво, словно боялся, что внезапно возникшее воспоминание исчезнет, испарится так же неожиданно, как и появилось, – я умолял ее. Мне удалось вырваться буквально на несколько часов, чтобы с ней увидеться. Она сказала, что уже обо всем написала мне в письме, и нет смысла нам больше встречаться, но я настаивал. Отправил ей телеграмму, сказал, что буду ждать на площади. Я был на месте, когда начался налет. Она опаздывала. Я испугался, что она не придет, что она на самом деле поставила точку и я больше никогда не увижу ее. Когда завыла сирена, я побежал в укрытие. Она должна была сделать то же самое. Я, – Марк запнулся, пытаясь справиться с комом в горле, – думал, что она сделает то же самое. Но она выбежала прямо на площадь. Снаряд упал совсем рядом. У нее не было шансов выжить. Ни единого.