Книга Секреты Примроуз-сквер 2, страница 70 – Татьяна Лаас

Аликс грустно улыбнулась:

— Подъезжаем.

Она встала с купейного дивана и достала с полки небольшой саквояж. Йен сглотнул и старательно отвел взгляд от её хрупкой, такой притягательной фигуры. Синее дорожное платье, лишенное вычурных воланов, складок, защипов и кружев, ничего не скрывало – особенно короткие юбки для удобства в путешествии. Можно было любоваться изящной шеей, чуть прикрытой завитками выбившихся из прически волос, ровной спиной, где так и просились крылья, тонкой талией, щиколотками, то и дело мелькавшими в ворохе нижних юбок.

Йен выругался на самого себя – он же все решил с динеей. Алиш не для него.

— Скоро выходить.

Он старательно выпрямился и заставил себя вновь смотреть на Аликс:

— Прости, я заснул. Мне так неловко перед тобой.

— Не надо извиняться. — Аликс присела обратно на диван, рядом с Йеном, поставив саквояж на пол. — Это моя вина. Зря я тебя потянула с собой. Тебе еще нужно отдыхать и набираться сил. Я хорошо ориентируюсь в Блекберри. Если хочешь, то можешь подождать меня на станции, пока я буду ходить на кладбище.

Йен чуть склонил голову, пряча глаза – такого удара по его мужской гордости он не заслужил, хоть Аликс все правильно сказала. Он держа голос под контролем согласился с ней:

— Я понимаю, что я обуза на данный момент. Понимаю, что мешаю, но, Аликс, я хочу быть рядом с тобой. Я не собираюсь отсиживаться на станции. Прости, если буду тебя задерживать, но…

Её ладонь легла поверх его машинально сжавшейся в кулак левой руки:

— Йен, ты не обуза.

Он посмотрел ей прямо в глаза:

— Спасибо за сладкую лесть. Я рад быть рядом с тобой. Я рад вырваться из дома Шейла — мне там тяжело. Скорей бы можно было вернуться домой.

Аликс растерялась:

— Но Вэл говорил, что ты останешься в особняке… Что ты нуждаешься в охране… — она поправилась тут же поправилась, заливаясь румянцем: — в защите.

— Я могу лишь сказать тоже самое, что сказал и Райо — я не дитя. — Он нахмурился и поправился: — точнее, то, что сказал Аирну.

— Опять воспоминания? — правильно поняла его Аликс.

— Да, опять. Ничего страшного — я же должен как-то примириться с собой.

В дверь купе постучали, и громкий мужской голос проводника возвестил:

— Прибываем в Блекберри!

Йен тут же встал, радуясь, что можно прекратить разговор. Он подал Аликс её манто и неуклюже, отворачиваясь к окну, надел свое пальто. Ему очень не хотелось выглядеть беспомощным калекой в глазах Аликс. Йен еле застегнул пару пуговиц, намотал на шею шарф, невоспитанно надел шляпу и наплевав на перчатки, с которыми бы не справился, подал левую руку Аликс.

— Пойдем?

Саквояж, вызывая у Йена жгучую ненависть к собственной беспомощности, пришлось нести Аликс — она предпочла опереться на левую руку Йена, боясь потревожить больную.

На перроне было тихо и пусто — в Блекберри, кроме Йена с Аликс, больше никто не сошел. Стояли ранние, долгие зимние сумерки. Упоительно пахло свежестью, как бывает только за городом. Аромат снега, близкого леса, топящихся дровами каминов, предпраздничной сдобы. Он словно вернулся домой, в родную нищую деревушку на берегу моря. Йен даже вдохнул полной грудью — устал дышать в городе угольной гарью и противно пованивающим светильным газом.

Аликс чуть зазевалась, осматриваясь, и Йен все же забрал у неё саквояж, вешая его за ручки себе на правый локоть. Все равно рука была в повязке, принимающей на себя всю тяжесть обездвиженной конечности.