Книга Весы Фемиды, страница 91 – Наталья Николаевна Александрова

Надежда всё поняла совершенно правильно и сказала таким же сдержанно-деловым тоном, добавив приличную дозу арктического холода:

— Можете. С вами говорит помощник Марии Владимировны Рыбниковой.

— Помощница? — уточнил женский голос.

— Помощник! — сухо отрезала Надежда. — Помощница суп варит и пыль в квартире вытирает!

Машка пискнула от восторга и показала большой палец — так держать! Однако на мымру очкастую эта фраза не произвела особого впечатления.

— Допустим. Сейчас как только друг друга не называют. Так чем вам помочь?

— Вы, разумеется, знаете, что Мария Владимировна обратилась в вашу контору за юридической помощью?

— Разумеется.

— У Марии Владимировны была предварительная беседа с господином Моториным.

— Да, но господин Моторин сейчас…

— Я в курсе! — оборвала Надежда собеседницу. — Именно поэтому я и звоню. Я хочу узнать, как подвигается наше дело.

— Теперь дело ведёт господин Марголин, это старший партнер нашей конторы…

— Я в курсе! — снова оборвала ее Надежда. — Госпожа Рыбникова хотела бы договориться с ним о встрече. Я надеюсь, что мы с вами можем сейчас согласовать время, которое устроило бы обе стороны.

— Да, хорошо, сейчас я посмотрю, когда господин Марголин сможет вас принять.

— А я проверю ежедневник Марии Владимировны. Надеюсь, что найду окно в ее расписании. Хотя должна предупредить, что расписание у нее очень плотное.

— Вот… Господин Марголин может принять вас завтра в двенадцать часов.

— Завтра? Нет, завтра не получится! Завтра Мария Владимировна очень занята. Утром интервью с… неважно с кем, затем ланч с кинопродюсером, вечером встреча с читателями… Нет, буквально ни минуты свободной!

— Тогда послезавтра, в десять часов?

— Опять не получается! Послезавтра Мария Владимировна уезжает в Москву по неотложным, чрезвычайно важным делам и вернётся только через неделю.

— Тогда лучше назначить встречу после ее возвращения.

— Об этом не может быть и речи! Это дело нельзя откладывать! Есть нюансы, которые нужно обсудить как можно скорее.

— Но завтра она же не может.

— Значит, нужно организовать встречу сегодня.

— Сегодня?! Но это невозможно!

— Я считаю, что в таких делах нет и не может быть ничего невозможного. Постарайтесь что-нибудь придумать. Ведь именно это — ваша прямая обязанность. — Теперь о Надеждин голос можно было точить ножи, до того он был твёрд.

— Ну, я просто не знаю… Сегодня у господина Марголина есть только одно небольшое окно в шестнадцать часов пятнадцать минут. Если вас это устроит…

— Устроит! Это время нас вполне устроит! — Надежда постаралась передать голосом сдержанную радость. — Я знала, что мы сможем договориться. Значит, в шестнадцать пятнадцать мы у вас. — Не дав собеседнице опомниться, она прервала разговор на этой оптимистической ноте.

— Ну, видишь, как всё удачно складывается! — сказала она, отодвигая от Машки третий бутерброд с колбасой. — К трём часам мы должны быть в адвокатской конторе.

Машка постаралась снова придвинуть к себе бутерброд.

— К трём? — переспросила она, вонзая в него зубы. — Но ты же договорилась о встрече на четверть пятого! Зачем нам приходить так рано?

— Ты ничего не поняла! Именно в этом и заключается мой стратегический замысел! Время у нас еще есть, так что идём в парикмахерскую, а то у тебя после вчерашнего на голове скоро птицы гнездо совьют!