Книга Монстр из Арденнского леса, страница 89 – Ника Элаф

Так горько было осознавать, что оба они – и он, и Янссенс – разделены глухой стеной, замурованы каждый в своем лабиринте. Но, может, они могли бы попытаться пробить стену каждый со своей стороны и просто встретиться в темноте? Просто сказать друг другу: «Ты тут не один»?

Затушив недокуренную сигарету, он закрыл окно. Солнце ушло за облепившие небо тучи, лес снова выглядел сумрачно, туман сползался к обочине дороги.

Да. Конец ноября не станет началом мая, даже если на мгновение почудилось, будто это возможно.

* * *

– Предварительное заключение – смерть от асфиксии.

Алис выключила диктофон и начала убирать кости. Безумно хотелось выпить кофе, прежде чем приступать к написанию отчета.

Она вышла в коридор и направилась к кабинету Деккера. Подняла уже руку, чтобы постучать. Хриплый голос комиссара Мартена за дверью со смешком произнес:

– Так что, эта Янссенс действительно оказалось способна на что-то большее, чем раздвигать ноги перед твоим дядей?

И время остановилось.

Несколько невыносимо долгих секунд Алис просто не могла пошевелиться. Казалось, не могла даже дышать. А потом… потом все обрушилось на нее разом, как оглушительный, сбивающий с ног удар: паника, стыд, гнев, от которого стиснуло горло, ужас, словно ее снова выставили на посмешище и обсуждают прямо в глаза, не слушая оправданий. Кровь в ушах стучала так сильно, что Алис не слышала ничего, только эти слова звучали в голове снова и снова. Не понимая, как ее не стошнило прямо тут, она рванула на себя ручку двери, не чувствуя пальцев.

– О, а вот и она! – произнес тот же хриплый голос.

Перед глазами все плыло, кабинет казался размытым, Алис видела только темное пятно в стороне – Деккера, и этого… этого… Комиссар, развалясь, небрежно прислонился к столу и смотрел на нее с усмешкой.

– Если вас так беспокоит рабочая этика, комиссар Мартен, то спешу вас успокоить: я не сплю с дядей инспектора Деккера, кем бы он там ни был.

Алис хотела отчеканить это ледяным тоном, но голос предательски сбивался, язык не слушался, слова словно прыгали вверх и вниз. Кровь еще сильнее застучала в ушах, и она до боли сжала кулаки.

– Небезызвестный профессор Морелль, – с усмешкой подсказал комиссар. – Также отлично знакомый и вам.

Она пожала плечами, с трудом сдерживая тошноту и стараясь не смотреть в сторону черного молчаливого пятна.

– Я не сплю с профессором Мореллем. Я с ним даже лично не знакома. А вот подобная клевета – это самый что ни на есть обыкновенный харрасмент. О котором я сообщу начальству. К вопросу об этике.

– Вы мне угрожаете? – иронично воздел бровь Мартен.

– Я вас информирую, – коротко ответила она, развернулась и на негнущихся ногах вышла из кабинета, хлопнув дверью.

Выскочила на улицу, пролетев мимо удивленной Кристин, мимо мужчин в бронежилетах, и, не оглядываясь, не взяв даже куртку с ключами от машины, не разбирая дороги, побежала по улице. Хотелось только одного – оказаться как можно дальше от участка, потому что по щекам уже текли слезы, а тошнота была невыносимой.

Ее вырвало желчью буквально за углом – счастье, что на задворках участка никого не было. Дрожащими руками Алис вытащила маленькую упаковку салфеток, которую всегда носила с собой в кармане джинсов. Сделала глубокий вдох. Ноябрьский холод тут же заполз под свитер, но это было к лучшему, помогало отвлечься от боли, которая раздирала грудь.