Книга Новогодний детектив. (Не)выдуманные истории, страница 85 – Виктор Динас, Марьяна Олейник, Лилия Гаан, и др.

— Если он не совсем дурак, так чего не убежал вчера после обеда, когда я баню топил? Или сегодня, когда я тебя оштрафовать собирался?

— А куда ему идти, старику Мармеладову? Я думаю, ему здесь нравится. Говоришь, у тебя чердак вместо холодильника? И много там провизии?

На экране появилась красивая надпись: «Новогоднее поздравление Президента Российской Федерации», но собеседники не обратили на это ни малейшего внимания.

— У меня там и окорок олений, и рыба копченая висит, — помрачнел лесник. — Блин, неужели сожрал? А где он воду берет?

— Спускается вниз, пока тебя нет, воду пьет из ведра. Но поскольку он понимает, что следов оставлять нельзя, то мозги у него еще есть. Хитер, собака. Подозреваю, что он бывший интеллигент или что-то в этом роде. Пришел он из деревни… Бывший агроном? Счетовод? Спившийся ветеринар?

С этими словами Игорь Иванович разлил самогон по рюмкам.

— Учитель математики… Викентьич… — прошептал лесник. — Да ну, не может быть.

Президент завершил свое выступление, и золотая стрелка побежала по синему циферблату. За окнами бушевала вьюга.

— Ну что, с Новым годом! — Гость поднял рюмку, и в это мгновение Жучок залаял в сенях.

— С Новым годом!

Гость и хозяин встали, стукнувшись рюмками под оглушительный звон курантов. Он помешал им услышать скрип открываемой двери, так что появление еще одного гостя застало их врасплох.

На пороге кухни возник маленький красноносый седой человечек со сморщенным лицом. Его наряд даже с большой натяжкой нельзя было назвать праздничным: из-под старой телогрейки лесника, достававшей человечку до колен, виднелись синие спортивные штаны.

Лесник от неожиданности выронил рюмку на пол.

— Викентьич! Твою мать!

— С Новым годом! — прохрипел человечек, изобразив жалкое подобие улыбки. — Я пришел к тебе с приветом… Я с Галей поругался и прибежал к тебе в тапках и фуфайке.

— Скажи одно, — схватил его за плечо постепенно приходящий в себя лесник, — на хрена ты на чердаке прятался? Боялся меня, что ли?

— Стыдно было. Я ж знаю — коньяк дорогой…

— Но почему отсиживался там целых два дня?

— Галку хотел наказать, потому и сидел, как Маугли… И вот вышел к людям… новогодняя ж ночь, — забормотал старичок.

— А с мотивом я отчасти ошибся, — не без досады заметил Игорь Иванович. — У него есть жена, и он прятался ей назло.

В голосе лесника прозвучало искреннее восхищение:

— Ну ты шаман, однако!

— Давайте я вас сфотографирую на память, — предложил Игорь Иванович. — Так, ты встань сюда, ты сюда. Улыбаемся… Готово!

Фотография, которой суждено было в апреле занять первое место на международном конкурсе, получилась атмосферной и жизнерадостной.

— А знаешь, Степаныч, ты прав, — сказал гость, опуская фотоаппарат. — Бывших ментов не бывает.

«Господи, пронеси! Пресвятая Богородица, смилуйся надо мною! Святой Николай-угодник, выведи. Помоги! Не ради страха прошу, но обидно, до слез обидно будет сгинуть так глупо».

Фонарь на первом возке светил тускло, а вьюга все пыжилась скрыть этот единственный ориентир, отделяющий раба Божьего Ивана от встречи с Создателем. Грех на вьюгу жаловаться — не будь ее, не подобраться бы мне к ним так близко. И фонарь я не зажигал, чтобы не выдать себя. Так и выходило, что я их видел, а они меня — нет. Но если погаснет огонек от ветра или свечка у них догорит, тогда мне крышка.