Книга Санитары, страница 59 – Александр Грохт

— Дальше ползём, — прошептал он, подползая ко мне. — Если там засада — они наверняка на возвышенности.

Мы свернули с дороги, ползком добрались сначала до густого кустарника, а потом и до тени первых деревьев. Только там отец Николай разрешил подняться. И тут же посайгачил вперёд нас, углубляясь в лес. Мы с Максом двигались медленно, буквально по метру в минуту, постоянно останавливаясь и прислушиваясь. Лес здесь был гуще — высокие дубы с раскидистыми кронами, густой подлесок из орешника и бузины, земля, устланная прошлогодней листвой.

Я вёл, выбирая путь через самые густые заросли, где нас было бы сложнее заметить. Макс следовал за мной, двигаясь удивительно тихо для своих габаритов. Парень учился быстро. Николай мелькал то справа, то слева. Как он умудрялся в своей длиннополой рясе ходить по лесу, не издавая ни звука, — для меня лично было загадкой. Но вот ходил же…

Мы поднялись на холм и залегли на гребне, в зарослях папоротника. Отсюда открывался отличный вид на поляну впереди — ина вертолёт.

Он лежал там, как огромная мёртвая стрекоза — военный транспортник, скорее всего Ми-8 или что-то похожее. Лопасти винта обломаны, хвостовая балка погнута и практически оторвана. И она, и сам корпус имели множество сквозных отверстий, будто в них шилом натыкали. Но в целом выглядел относительно целым. Дверь грузового отсека была распахнута настежь, внутри темнота.

— Вижу вертолёт, — прошептал я в рацию. — Тут чисто. Код — зелёный.

— Принял, — откликнулся Серёга.

Я достал бинокль и начал методично изучать окрестности. Поляна была небольшой, метров сто на сто, окружённая лесом со всех сторон. Идеальное место для засады — куча укрытий, хороший обзор, несколько направлений для отступления.

Но я никого не видел. Ни людей, ни техники, ни следов недавнего присутствия. Только вертолёт, одиноко торчащий посреди высокой травы.

— Странно, — прошептал Макс. — Слишком тихо.

— Да. И это не нравится.

Мы пролежали так минут двадцать, не двигаясь, изучая каждый куст, каждое дерево. Я проверил все очевидные места для снайперских позиций — высокие деревья на краю поляны, развалины какого-то строения метрах в двухстах справа, небольшой овраг слева. Ничего. Никаких признаков присутствия людей.

— Может, Шеин ошибся? — предположил Макс. — Или соврал, чтобы запугать нас?

— Может быть, — я опустил бинокль. — Но следы-то свежие. Кто-то здесь был.

— Тогда где они?

Хороший вопрос. Может, свалили? Или вообще не планировали засаду, просто осматривали место?

Я ещё раз медленно обвёл взглядом поляну. И тут заметил — трава возле вертолёта примята, словно кто-то недавно ходил туда-сюда. И ещё — на земле что-то блеснуло, отражая солнце. Гильза? Нет, что-то другое. Похоже на стекло, что ли… точно, это стёкла противогаза. И он совсем недавно был на чьей-то морде — ещё не остыл даже, вон как светится в теплаке.

— Макс, видишь блик? Возле правой стойки шасси, — произнёс я.

— Вижу. Бутылка?

— Нет. Противогаз. И он тёплый ещё.

Мы переглянулись.

— На хрен это, — бросил Макс. — Надоело лежать. Пойду погляжу.

— Макс, стой! — прошипел я, пытаясь схватить его за рукав. — Какого хрена⁈

Но он уже шагнул вперёд, выходя из укрытия. Я выругался про себя, вскакивая следом. Идиот! Сейчас его снесут к чёртовой матери!

Но выстрелов не последовало.Макс шёл к вертолёту открыто, держа автомат наперевес, готовый в любой момент открыть огонь. Я прикрывал его, целясь то в одну сторону поляны, то в другую. Отец Николай что-то бормотал под нос, не опуская, впрочем, АКМ и тоже контролируя всё, что можно. Прислушавшись, я понял — он матерится. Виртуозно.