Книга Плантаторы, страница 96 – Александр Грохт

Из двух десятков спасенных выжило одиннадцать человек. Не лучший результат, прямо скажем, не лучший… Нет, я понимал изначально, что вытащить всех заложников в таких условиях — это фантастика, но всё же почти половина… это неприятно. Ту самую раненую в плечо женщину просто разорвало на части, когда в нас врезался БТР, ещё шестеро погибли или от пуль, или от ударов о выступающие части автобуса во время тарана.

Все остальные получили те или иные раны, но в основном не опасные для жизни, хотя конечно это не слишком то большое утешение для девушки лет тридцати, которой все лицо изрезало осколками стекла, или для вон того мужика, которого бинтовала Аня — ему крупнокалиберной пулей оторвало пару пальцев на руке.

Благо, хоть дети выжили, и даже особо не пострадали. Хотя девчонка явно в шоке, да и пацан выглядит не очень здорово — бледный, глаза в кучку. Но живой, и то слава богу.

Да и у нас без потерь, помимо Саши, не обошлось.

Медведь вообще непонятно, как до сих пор дышал — у него были переломаны ребра, левая рука даже для меня, не врача, выглядела неестественно согнутой, бронежилет походил на подушечку для иголок — столько из него торчало осколков бронеплит. До кучи — две рваные раны от пуль на левой ноге, несколько небольших осколков, засевших в боку и спине, обширная кровопотеря.

А Олю нам с Максом пришлось в прямом смысле выковыривать из кабины. Сминаясь, старый автобус зажал ее между креслом и рулем так, что вылезти оттуда сама она бы не смогла никогда. А осколки лопнувшего стекла изрезали ей руки и ноги. Лицо и торс защитили броня и каска, но на остальном теле ничего такого не было. Поэтому выглядела Оля крайне плохо.

Если бы не подъехавшие медицинские эвакуаторы, черт его знает, сколько бы мы провозились. Но среди ребят в форме оказалось сразу трое бывших МЧСовцев и даже нашлись гидравлические ножницы, так что дело сразу пошло на лад, и через пару минут Ольгу уже укладывали на носилки.

У меня за спиной кто–от яростно картавя, ругался, причем судя по всему ругался он на Аню. Я обернулся, и увидел, что Аня сидит на земле, а вокруг нее ходит какой–то плюгавый и толстый мужик, в стандартной «цифрофлоре»

— Это безответственно! Мне говорили, что в составе наемников есть профессиональный врач–хирург. Работавший на скорой и так далее. По имени Анна. Я так и думал, что это вы — слишком много совпадений. Думал, что может, чем черт не шутит, удастся вас переманить ко мне — в интернатуре вы были подающим надежды специалистом, да и после я слышал о вас только хорошее. Но это! Вы же знаете главное правило — сначала помощь себе, потом раненным. Если вы потеряете силы — вы не сможете никому помочь!

— Но люди же…Самуил Яковлевич, вы сами нас учили — спасение людей наша цель.

— Но не любой же ценой, Аня! Вы чем слушали на лекциях, а? Ваши действия. Они конечно красивы, но бессмысленны! Эти люди… их вообще не надо было трогать, учитывая отсутствие прямой угрозы их жизням. Вместо этого вам нужно было сосредоточится на том, что вы ранены. И что вы сделали, а?

— Но Сам…

— Хватит тут мне «Самуил Яковлевичать», вы сейчас не врач, а мой пациент. — все это время пожилой, если не сказать старый, врач что–то делал с Аней — мерял давление,пульс, что–то еще и показания датчиков ему однозначно не нравились. — Так вот, не перебивайте меня, Анна. У вас серьезная травма, и вы не хуже меня понимаете, что внутреннее кровотечение может быстро привести к смерти. Тем не менее зачем–то играете тут в героя.