Онлайн книга «Выжившие»
|
— Спи спокойно, дядя Миша. Я плотно прижал приклад к плечу, и тут Аня, до этого копавшаяся в медицинском ящике, повернулась и не своим голосом заорала: — Сто-о-ой! Я закрутился вокруг, ожидая…не знаю, что за моей спиной восставшая тетя Зина с бензопилойили что то подобное. Но нет. Анька резво метнулась к сейфу и вытащила оттуда то, что я просто бросил, посчитав бесполезным хламом — стрелковые наушники. — Сильно подозреваю, что эта штука грохочет дико, а мы в замкнутом пространстве, — скороговоркой выдала она, — не хочу оглохнуть. А ты? Она протянула одни из наушников мне, вторые уже красовались на ее тонкой шейке, после чего она продолжила крайне неприятным, «менторским» тоном: — Нам еще подниматься выше по лестнице — не услышим, что там, и все…Я пару раз участвовала как дежурный врач на стрелковых состязаниях, и каждый раз ребята там после того, как все заканчивалось, практически кричали, чтобы услышать друг друга. — Да-да, ты права, — кивнул я смущенно, принимая наушники. — Спасибо. Вот же блин. Страйкболист хренов! Знаю ведь про наушники, всегда на стрельбище их пользовал, но на тебе! Как только оказался в поле — сразу же забыл про их существование. Активки мне подавай. Тьфу, стыдоба! Я быстро нацепил гарминовские стрелковые уши и, прицелившись в точку чуть ниже середины головы зафиксированного зомби-деда, потянул за спусковой крючок. Это было похоже на выстрел из пушки, я в Петрограде такое слышал. Вот по ощущениям ровно так же. Хлопок, тебя бьет по лицу и ушам воздух, и грохочет так, что ты просто перестаешь воспринимать звуки. А ведь это в наушниках…что ж было бы при выстреле без них? Оглох бы навеки? Как же хорошо, что Анька наушники заметила и пристыдила меня, ведь реально бы оба оглохли. Да чего там, тут до контузии недалеко… А еще надо сказать, что лягалось это ружье тоже как пушка. Я уже ощущал, как на плече вздувается громадный синяк, расползаясь на все предплечье. С таким орудием нужна сноровка и опыт, иначе без рук останешься. Пороховой дым, которым при выстреле заволокло всю комнату, заставив меня кашлять (умная Аня еще и масочку свою дурацкую не сняла, как знала, видать, что сейчас будет), рассеялся, а на месте верхней части моей, с позволения сказать, мишени, просто отсутствовало все. Я попал…да черт теперь знает, куда я попал! Но у тела, теперь неподвижно лежащего на своей стальной «кровати», отсутствовала и голова, и шея. А кожа на верхней части туловища была сорвана к чертям. Еще в стене напротив, туда, куда были нацелены стволы ружья, теперь зияла здоровенная дыра.С полметра, наверное, в диаметре. Рация вновь заверещала голосом Вовы: — Жень, прием! — Тут я… — Ты слышал? Что это сейчас было? — Я это был… — Ты там что, гранатомет нашел? — Нет, но, скажем так…главный герой любого боевика продал бы почку за эту штуку. Тебе понравится, зуб даю… — Да что там такое? — Ружье, Вова, ружье! Все как ты любишь — двуствольное. Можешь даже из него обрез сделать… Если жить надоело… — К черту обрезы и ружья! Выходите уже! — Скоро будем. Отбой. — Отбой… Закинуть ружья в чехлы — дело пары секунд. Потом чехол, лямки на котором раскрывались для заплечного ношения на манер рюкзака, занимает место на спине. Сумку в правую руку, пистолет-пулемет в левую. Все, я готов. Эту монстробойку я не брошу ни за что. То, что может пробивать 20 сантиметров бетона, точно может пробивать и мутантных зомбаков. |