Книга Инвазия 2, страница 18 – Влад Лей, Александр Грохт

Отлично!

Еще пара рывков, и я высвободился до колен.

Все это время Доусон, а именно так звали местного юродивого, так и стоял на входе. Похоже, в его мозгах, если таковые остались, на подобные ситуации не было «программы действий», и сейчас он просто не знал, что делать.

Ну, мне же лучше. Пусть стоит там.

Еще немного, и смогу освободить торс.

И вот ровно в тот миг, когда у меня почти получилось, парень пришел в чувство.

Похоже, что мои действия зацепили что-то в остатках его мозгов, словно скрипт сработал.

Он ринулся ко мне, и оказалось, что не так-то уж и неуклюж этот недочеловек, не так уж медлителен.

Ухватившись за шею, он с яростно выпученными глазами принялся душить меня.

Это было крайне неожиданно.

На мою удачу, я достаточно расшатал крепежи, чтобы просто вырвать последние болты, после чего освободился из удушающего захвата, спрыгнул на пол, и нанес сразу три крайне быстрых удара ногой в корпус и голову Доусона.

Вернее думал, что нанес.

На деле он играючи закрылся.

Ого! Походу, у парня все уже на уровне инстинктов.

Пободаться с ним, когда у меня самого всего одна рука — это будет интересно…

Но с другой, эти игры сейчас очень некстати. Блин, что ж мне тут так не везет,а? Такое ощущение, что сама судьба против моего побега!

Парень не стоит на месте, он немедленно переходит в атаку.

Серию ударов руками я кое-как отбиваю, хоть и пару ощутимых тычков все-таки получил, а вот его удар ногой пропустил, так что меня ощутимо повело.

Эх, силен, гад!

Несмотря на псевдомышцы, я чуть было не упал.

Похоже, в защите я против него долго не простою.

Навыки рукопашки у него может и не выше моих, скорее даже ниже, вот только у меня одна рука, а у него две. Плюс ко всему, на болевой его не возьмешь, на испуг тоже.

Ладно, сделаем по-другому: не можешь обойти стену ‒ сломай ее.

В атаку!

Я тяжелее противника килограмм на двадцать, а вообще, на все сорок, за счет металла в организме и искусственной мускулатуры. Сейчас попробуем, насколько он крут в обороне, главное — выбрать момент, когда можно перейти в контратаку.

И такой момент наступил, когда, слишком широко махнув ногой, Доусон чуть оступился и подался вперед.

Моя ступня выстреливает вперед, пробивая ему жесточайший удар под коленную чашечку.

Судя по раздавшемуся хрусту, кость у него не выдержала.

Парень начинает сгибаться к своему колену, совершая самую страшную ошибку новичка. «Никогда не тянись к поврежденному месту — именно этого и ожидает враг» — так учил меня мой сенсей Йорг.

Ну, у парня такого Йорга не было, или же это действие слишком рефлекторное, и преодолеть его можно, только имея мозг, а с этим у Доусона беда.

Как бы то ни было, но упустить этот шанс я не мог, и мое колено вошло в плотнейший контакт с его челюстью, сломав ее и свернув набок.

От этого удара парень отлетел к стене камеры и сполз по ней спиной, кажется, потеряв сознание. Я кинулся добивать его, и тут же отлетел назад, отброшенный пинком в грудину. Несмотря на нокаут, рефлексы, вбитые в него в процессе обучения, работали отлично. Глаза в кучу, шатается, но выдал превосходный удар. И точный, блин!

Пока я поднимаюсь, он уже частично приходит в себя и пытается закрыться руками.

Ладно, прости, парень, но у меня нет времени с тобой драться по-честному.

Поднимаю оторванный с мясом фрагмент крепежа, раньше державший меня, фиксировавший к койке. Сжимаю в кулаке железяку, и первые же пару ударов, усиленные моими модифицированными мышцами, почти пробивают его, казалось, нерушимыйблок.