Книга Воины Пекла, страница 63 – Влад Лей, Александр Грохт

Первый импульс, угодивший в грудь высокого черноволосого Чистильщика с легким пулеметом, просто прожег человека насквозь, оставив в его броне оплавленнуюдыру, через которую можно было увидеть стену. Второй выстрел ударил по касательной еще одного бойца в глухом шлеме, при этом даже касательный удар разорвал броню на плече и зажарил плоть под ней, заставив человека упасть и кататься по земле до тех пор, пока милосердный выстрел Тапка с крыши не положил конец его страданиям.

Еще три импульса Бес направил в главаря, но тут его ждало разочарование. При каждом попадании вокруг того вспыхивал контур желтого света, бесследно поглощая залпы плазмы. К сожалению, эти выстрелы не остались без внимания, и стволы пулемета повернулись к Бесу, раскручиваясь и готовясь извергнуть все уничтожающий поток свинца.

Спас Беса Мик, перевесившийся с крыши со своим странным автоматом и выпустивший одной длинной очередью весь магазин в Дона Гана. Примерно на двадцатой пуле силовое поле моргнуло особо ярко и просто погасло, а следующие выстрелы развернули массивную фигуру, хоть и не пробили броню, но заставили пулемет в его руках выстрелить в никуда, поднимая целое облако пыли метрах в ста от поля битвы.

Лишенный своего защитного поля Дон Ган решил не испытывать судьбу и попробовал укрыться, видимо, планируя отсидеться, пока перегруженный щит не восстановится. Вот только такого шанса ему давать не собирался никто, в первую очередь Тапок. Он-то хорошо помнил, как этот скользкий гнусмус выжил при падении платформы и просто уехал в закат, заминировав ее остатки, лишив команду трофеев.

Так что, плюнув на осторожность, Тапок сиганул с крыши вниз, поливая огнем с двух пистолетов главаря. Тот, похоже, тоже узнал того, кто лишил его банды, потому что вместо того, чтобы продолжить запланированный побег, он развернулся к противнику и вновь поднял пулемет, заревев, как раненный зверь.

Наверное, будь на месте Тапка менее крутой стрелок, это бы и сработало, но…Тапок есть Тапок. Две пули досталось ленте с патронами, заклинивая патронник. Еще две пробили кожух аккумулятора, навсегда останавливая вращение блока стволов, и следующие две разнесли в куски рукоять управления огнем, и спусковой механизм вместе с пальцами левой руки Дона Гана.

Гигант взревел, роняя бесполезный кусок железа себе под ноги и выхватывая правой рукой свой револьвер. Пушка у него была под стать ему самому — какого-то дикого калибра. В ствол без шуток поместилисьбы как минимум два пальца взрослого мужчины, а то и три. Из такого револьвера нормальный человек бы не смог выстрелить даже один раз без перелома кисти и пальцев, а Дон Ган сделал это трижды.

Правда, третий раз на спуск нажала уже рука, отделенная от тела, но все же только этот выстрел и достиг какой-то цели, пусть и не той, на которую рассчитывал ее обладатель — пуля из выпавшего револьвера ударила в нижнюю часть голени самого стрелка. Тапок, молниеносно сместившийся в сторону с линии прицеливания своего врага, как только увидел смотрящий на него револьвер, тут же открыл бешеный огонь, целясь по запястью бандита. Восьми выстрелов хватило, чтобы разнести манжету брони, снести начисто руку.

Дон Ган захрипел от боли, когда пули разорвали его руку, а попадание из своего же оружия бросило его на землю, правда, почему-то лицом вперед. Было такое ощущение, что его просто рывком опрокинули — такова была кинетическая энергия пули, перемоловшей в фарш кость и мясо под броней.