Книга Сирийский рубеж 2, страница 91 – Михаил Дорин

Теперь хоть знаю, как этого Мулина зовут.

Утренний подъём был относительно спокойный. Каждый из лётчиков вставал молча. Никто даже тапки свои не перепутал.

На улице было ещё темно, когда я заканчивал умываться. Чуть дальше несколько человек «высиживали» над ямой вчерашний ужин, мило перешёптывались между собой о прелестях обычных сельских туалетов.

— Сан Саныч, наш план какой? Летим в Хаму вместе со всеми или после начала операции? — поинтересовался Кеша, догоняя меня около палатки.

— Со всеми на Хаму. Перелетаем и сидим в готовности, — ответил я, развешивая полотенце и начиная одеваться.

Кеша задумался, посмотрев на карту. Думаю, что он не хуже меня понял — Мулин зря так сделал. Как только заместителя командующегоне пытались переубедить, он всё стоял на своём — экипаж ПСО и его сопровождение сидят в Хаме.

— Командир, я всё понимаю, что товарищ полковник руководит операцией. Но ничего…

— Ты думаешь, я не понимаю, что с Хамы до Идлиба лететь 90 километров, — перебил я Иннокентия.

— И мы вот так просто проглотим? — уточнил Петров.

Я затянул шнурки кроссовок и завязал их.

— Не проглотим. Товарищ зам командующего дал нам волю в операции. Дай картодержатель, — протянул я руку, и Кеша передал мне планшет с картой.

Я указал ему точку на карте, где будет находиться район сосредоточения сирийских войск, участвующих в десанте.

— Вот здесь. Населённый пункт Хабит. Ориентир — отметка 318. Вторая волна пойдёт отсюда. Так что вместе с нашими парнями летим в направлении района высадки и зайдём на посадку в Хабите. Вопросы?

— И с кем это согласовано? — спросил Кеша.

— Как минимум с командиром полка.

— Это уже гораздо лучше. Топливо будет?

— Сирийцы обещали, но сильно надеяться не будем. Дозаправимся в Хаме.

С первыми лучами солнца руководитель полётами дал команду на запуск самолётам. Следом дали «добро» и нам. К этому времени первыми на полосу вырулила пара Су-24, завешанная управляемыми ракетами. Следом ещё одна с подвешенными бомбами.

— Их садыки будут поиском и спасанием обеспечивать? — спросил у меня Витя.

— Ну, мы ещё на земле, так что пока доверим их сирийцам, — проговорил я по внутренней связи.

Гул стоял невероятный. В радиообмен было совершенно невозможно вклиниться. Пыль, осевшая на площадках и местах стоянки начала подниматься вверх, застилая обзор. Практически вся эскадрилья должна была вот-вот подняться в воздух.

Столь многочисленным составом здесь ещё мы боевые задачи не выполняли. Если не брать в расчёт перелёт с Тифора.

— Карту выполнил. К взлёту готов, командир, — доложил мне бортовой техник Витя, поправляя разгрузку на груди.

— Справа готов, — следом услышал я голос Кеши, держащего правой рукой планшет с картой.

Я повернул голову и увидел в проходе стоящего на ногах Лютикова. Он был одет в костюм КЗС, нагрудник китайского производства, а на голове была песочного цвета бандана. Капитан показал мне поднятый вверх большой палец, докладывая о готовности за группу огневого прикрытия.

— 202-й, готов, — быстро доложиля в эфир.

Тобольский после всех докладов дал команду на взлёт. Первыми пошла группа Ми-28, следом Ми-24. Все Ми-8 взлетели после «шмелей» и по одному начали отворачивать в сторону хребта Джебель-Ансария.

Солнце уже начало слепить и припекать. Душная атмосфера в кабине дополнялась плотным радиообменом.