Онлайн книга «Афганский рубеж 4»
|
Не собирался я прислушиваться к тому, что происходит дома. Спустившись по лестнице и выйдя из подъезда, до меня донеслось из окна, насколько быстро кипит работа. Вроде не сильно напугал, но задёргалась Кристина знатно. — Ты сыкло! Вчера храбрый такой был. А сегодня язык в задницу засунул. На хрен я с тобой связалась… — Кристиночка… — Заткнись! В общем, на душе даже хорошо, что не пришлось разговаривать о наших отношениях с Кристиной. Выйдя из подъезда, на меня тут же повернулись Фархадович и его товарищ. В руках уже не кефир, а маленькая «чекушка» с прозрачной жидкостью. Два гранёных стакана стоят на скамейке, а мужики приготовились отметить начало нового дня. — Сань, ну чё там? Я не стал говорить, — виновато посмотрел на меня Фархадович. — Да ладно! Всё уже сделано, — ответил я. — Прям без шансов? — Я долго не разговаривал. — Фух, ну земля ей пухом, дурынде. Не чокаясь… У меня аж дыханиеперехватило. — Фархадыч, да не убил я её! — остановил я тост за упокой Кристины. — О как⁈ Ну, тогда дай Бог здоровья, и чтоб свалила отсюда. А то музыка до утра играла, — исправился мой сосед и выпил стакан. Я вдохнул полной грудью. Утренний воздух летнего Торска был и сладок, и приятен. Но ещё больше стало радостно, когда я услышал дорогой сердцу гул. Он постепенно приближался. Становился громче и всё отчётливее можно было расслышать свист, издаваемый лопастями несущего винта. Ещё секунда и над моим двором пронёсся тот самый Ми-28, который недавно пришёл к нам в часть. С земли он ещё более прекрасен, чем когда осматриваешь его перед вылетом. Так и хочется назвать этот вертолёт «мышонком» за его характерный вид носового обтекателя и двигателей спереди. Только сейчас понял, что хочу как можно быстрее оказаться на работе. Через полчаса я уже был рядом со штабом полка. К этому времени должны уже закончиться предполётные указания перед субботней лётной сменой. Я вошёл в беседку и присел на скамейку. Слабый ветерок приятно обдувал и заставлял шелестеть листву на деревьях. Сейчас над аэродромом тишина, но не пройдёт и полчаса, как гул запускающихся вспомогательных силовых установок нарушит эту умиротворённую атмосферу. Через пару минут из душного класса повалил народ, обсуждая предстоящие вылеты. Увидев меня в беседке, ко мне сразу направилась целая толпа лётчиков с планшетами, папками и шлемами подмышкой. Естественно, что мимо меня никто не смог пройти. Выразить уважение к проделанной работе в Афганистане хотели все. Но особенно всех интересовало, что ж там случилось, раз потеряли сразу два вертолёта. Ответить на этот вопрос я пока не мог. Связан подписками с Комитетом. — Саня, ну ты везунчик! С одной только царапиной, — обратил внимание один из коллег на порез от ножа на предплечье. — И вот таким «геморроем», — перебил его другой однополчанин. — В Афгане задолбали с катастрофами? — Если честно, то чернил при написании рапортов я не жалел. Терпимо. За Петруху обидно. Столько ран… — Да брось ты! Нам сказали, что ты его тащил через границу… Я не успевал отвечать на вопросы. Сложно было возвращаться к воспоминаниям о бое в воздухе и на земле. Да и кровь вскипала в венах, когда перед глазами было гнусное лицо Евича. Коллеги после короткого перекура направились к стоянке вертолётов. Оттуда уже доносился гул запуска двигателей и шум винтов. Руководитель полётами пустил сигнальную ракету, а над командно-диспетчерским пунктом подняли флаг Военно-воздушных сил. |