Книга Афганский рубеж 3, страница 99 – Михаил Дорин

Ну всё ясно! Добегался за солёным и за сладким. Теперь получил «горячего» от комэска.

Я постучался и получил разрешение войти. Открыв дверь, увидел стоя́щего перед столом Кешу и обливающегося потом Абрамова. Вадим Петрович от столь высокой температуры даже куртку от комбинезона снял, а кондиционер в его кабинете пока отсутствовал.

— Вот! Сан Саныч, пример для тебя, а ты Иннокентий всё… в военторг бегаешь.

— Товарищ подполковник, я правда солёненькое захотел, — сказал Кеша.

Решил его немного поддержать, хотя это было ни к чему. Похоже, что Петров попался с поличным.

— Подтверждаю, товарищ командир. Всё так и было. Лейтенант Петров может себе позволить солёного после трудного рабочего дня.

— Ты мне его не выгораживай. Думаешь, я о его походах за… солёным не в курсе? Свободен, Петров.

— Не ссы. Всё норм, — шепнул я Кеше, когда он выходил из кабинета.

Абрамов вздохнул, сел на своё место и показал мне присаживаться напротив.

— Клюковкин, я не против личной жизни. Но не в рабочее же время! Я хотел печенье купить, а Ольга Борисовна, перед моим носом дверь закрыла. Учёт, видите ли, у неё.

— Но потом ведь открылась?

— Нет. Так с Петровым и осталась. Печенье не купил. Только полчаса зря прождал. Всё! Закончили! Ты чего пришёл?

Прям крик души у комэска! А Кеша всё же сделал своё коварное дело.

— Так вы же вызывали.

— Я? Да-да-да! — обрадовался Абрамов, встал и подошёл ко мне. — Сан Саныч, поздравляю! Благодаря вашим… то есть, моим связям, мы смогли для вас отстоять орден «Красной Звезды». Вы были представлены к этой высокой награде. Указ подписан. Поздравляю!

— Служу Советскому Союзу! — ответил я, пожимая протянутую мне руку комэска.

Любая награда — это всегда приятно. Можно бы было рассчитывать и на большее, но это уже не мне решать, чем награждать. Главное не грамота и то хорошо.

— Вот видите! Всё получилось. А то за вас такие большие люди просили. Я честно сказать, много думал, размышлял, может более высокую награду вам дать. Но все настояли именно на «Красной звезде». Присаживайтесь!

Вновь «приземлившись» на своё место, я продолжил слушать вкрадчивый голос Абрамова.

— Итак, но это ещё не всё. Есть к вам более деликатный разговор. Касается он подполковникаБаева.

— Прошу прощения, а что случилось?

— Нет, всё в порядке. Просто дам вам большой и настоятельный совет. Историю эту не ворошить. Ну улетел он и улетел.

Странная просьба. Как будто я собирался в газету бежать и трубить на весь Советский Союз. Кузьма Иванович прошёл через сложное испытание. Не каждому оно по силам.

— Товарищ подполковник, я не так воспитан.

Абрамов вновь широко улыбнулся и отпустил меня. Выйдя из кабинета, далеко от КДП мне уйти не удалось. У входа меня встретил один из оперуполномоченных особиста дивизии Турина.

— Александр Александрович, проедем в штаб дивизии.

— Правильно понимаю, что это не вопрос? — уточнил я, и сотрудник особого отдела кивнул, пропустив меня к машине.

Очередная моя поездка в гости к особистам уже выглядит обычным делом. Уже знаешь каждую кочку и поворот на просёлочной дороге. Даже молчание оперуполномоченного привычно и не вызывает особого желания разговаривать.

— Как у вас дела, Сан Саныч? По-моему, тревожные ситуации в вашей эскадрилье сошли на нет?

— Да. У нас всё ровно и перпендикулярно. А у вас? — спросил я.