Книга Чистое везение, страница 19 – Марьяна Брай

И почему я так свято уверилась, что Вересов возьмет меня? Неужели хотела рассказать, что я из будущего? И чего? Что я ему расскажу? Что у нас там телевизоры, интернет и Юрий Гагарин совершил первый полет в космос?

Как быстро здесь отвозят на «гафуровские дачи»? Тут ведь не наше время: говорить с тобой психологи не будут. Ноги в ванну, ток врубят, если его уже придумали, и трясись, наслаждайся, пока вся дурь из головы не выйдет. Знаем, видели в кино такие процедуры. Может и выдумка, но проверять точно не стоит.

— Или я ему про рассаду свою расскажу? И что с ней? Я знаю о рассаде ровно то, что написано на упаковке. И то только пока читаю, — за этим бормотанием меня и застала проснувшаяся матушка.

— Еленушка, милая, тебе лежать надо, — она прошла и села на мою кровать, на которой валялось все, чем был ранее начинен царь-шкаф.

— Я в порядке. Главное есть сейчас, чтобы силы были. Завтра тетка приедет, остальное все решим…

— Я помню, что ты сказала. Только страшно мне оттого, что ты делаешь. Боязно, что голову повредила-таки.

— Матушка, не повредила, так… чутка запамятовала, что к чему. Но я по чуть уже и Федора, и дочку его Наталью вспомнила, — я указала на окно, — и Софьюшку тоже!

— Вот и хорошо. Только ты никогда и ножа в рукахне держала, деточка, — она рыскала взглядом по моему лицу, видимо, ища какие-то особенные черты, присущие сумасшедшему. Или хотела встретиться со мной глазами, но я кидалась то к шкафу, то к комодам.

— Знаешь, я как-то читала в одной книге про графа Калиостро! Так вот, он вводил людей в сон. И пока они спали, говорил им, что они умеют, допустим, шить. Эти люди просыпались и начинали шить. День шьют, ночь шьют, и самое-то главное: остановиться не могут: так им это нравится… — я тараторила без умолку, привнося в этот мир несусветную «дичь», частично услышанную где-то, частично только что придуманную. Мать то хваталась за щеки, то закрывала ладонью рот от изумления.

В общем, примерно через час я убедила ее, что это Бог меня ведет своею рукой. Потому что чертям в наш дом хода нет — матушка Агафья наш лучший защитник от всего, что касается нечисти. А раз дал мне Бог силы и умения, то про них шибко трепаться не стоит, а то поедем далеко и надолго.

Подняв голову, я повернулась к двери и увидела в проеме белое, как саван, лицо Натальи.

— Еле-ена Степанна, я тоже никому не скажу. Вот чудеса-то, тайна Божия! — шептала Наталья и крестилась.

Это в мои планы не входило, но времени на запугивание темной, хоть и городской жительницы у меня не было. Да и судя по тому, что она ходила потом за мной и канючила еще рассказать про «графа Козий Остров», кроме любопытства в девке ничего не было. Уж точно не злая и не навредит.

Игуменья прибыла к нам рано. Как только рассвело, закрытая наглухо карета остановилась возле дома. Хорошо поставленный приказной тон моей тетки даже не указывал. Она повелевала. Велела открыть ворота и въехать во двор.

Этим утром я уделила своему внешнему виду больше времени: нагрела воду и помылась сама, как могла, высушила волосы, уложила в прическу. Труда это не составило, потому что волнистые волосы выглядели опрятно, даже если их просто собрать шпильками на затылке.

Перебирая накануне вещи, я нашла чулки, сорочки и прочие «прелести» дамского гардероба этого времени. В отличие от матушкиных вещей, отправленных на подворье, свои вещи я собрала сама. Включая одно из самых нарядных платьев: из шелка нежного зеленого оттенка с тонким кружевом. Оно было не ношеное ни разу. Видимо, планировалось для моего сватовства.