Книга Чистое везение, страница 70 – Марьяна Брай

— И ездить в их новый дом? К предателю? — сквозь зубы процедила я.

— Когда игуменья в карету садилась, этот ваш Фёдор к ней подошел, сказал, что ногами дойдёт. А потом спросил, чего делать дальше. Так она ему так и сказала: ничего, мол, есть у неё управа и на тебя, и на барина нашего. Ежели у тебя гумага будет с разрешением родителя, никто тебя отсюда не сверзнет. Ежели не будет, так монахиня через вред барину тебя отсель выколупает.

Я постояла не больше минуты, одним глазом наблюдая за коляской, в которой отец забрал у любовницы ребенка, и с обожанием смотрел куда-то в этот объемный кулек. Ему плевать было на правила, на приличие и на все остальное. Я видела в нем любовь к этим двум для меня новым, незнакомым, как и он, людям.

— Отец, — крикнула я и пошла к воротам, — я согласна на твои условия. Только по воскресеньям и только тайком!

— Вот тому и быть, Еленушка, тому и быть, милая, — он скоро соскочил с коляски и подошел к воротам. Мы стояли так близко друг к другу, что я видела его расширившиеся от радости зрачки.

— Когда сделаешь разрешение? — мне даже стало немного стыдно за свое меркантильное отношение к нему, но он ни капельки не поменялся в лице.

— Сейчас поеду и сделаю. Сторожу отдам. Доверяешь ему? — Степан махнул головой в сторону каморы.

— Да, доверяю! Спасибо тебе… — я сглотнула комок, собравшийся в горле.

— В воскресенье к десяти будут за тобой приезжать. На обед только пару-тройку часов со мной побудешь и делай, что знаешь, — грудь его радостно вздымалась, и, казалось, более счастливогочеловека сложно найти где бы то ни было.

— Хорошо, — я выжала улыбку и отошла. Дождалась, когда они уедут. И вдруг, поняв, что внутри что-то обрывается, я становлюсь лёгкой, почти невесомой, прижалась к стене.

— Плохо тебе, девка? — Никифор моментально подхватил меня и подвёл к своему месту постоянной дислокации — чурочке у входа в его строжку. Усадил меня на нее и побежал внутрь за водой.

То ли Елена во мне противилась и горевала, то ли вчерашний мой променад в сырой одежде сказывались. Ощущение какой-то потери без полного понимания происходящего выводили из себя.

Я выпила полную кружку воды и, посидев так еще немного, пошла в дом. Работы было много, потому что Варвара и правда с этого дня выгнала пару служанок. Хотела она показать мои способности барину или же правда они были балластом в этой и без того бедной усадьбе, я так и не узнаю. Задавать лишних вопросов я не планировала.

Софья с очередной парой подруг заявилась этим же вечером. У меня были совсем другие планы, да только решить что-то с дверью в кухню я так и не успела. Прикусив губу, раздумывала: отказаться от необходимых сейчас денег или нет.

— Ну, коли хочешь, веди, — сторож тоже понимал суть наживы и передал мне право решать.

С Соней на этот раз были девушки повзрослее. Откуда она их брала, я даже представить себе не могла. Но надеялась, что этот ручеек материальной поддержки какое-то время не иссякнет.

— Идемте, — согласилась я и, получив положенное, мы пошли всё той же дорогой под мой рассказ о Кыце, имя которого я намеренно произносила так, как все здесь.

Эти оказались куда бесстрашнее, и когда мы, сделав второй поворот, начали приближаться к тем самым ящикам, я уже молила эту «великолепную четверку» подселенцев погреметь или поскрипеть чем-то, чтобы наша прогулка, как и в прошлый раз, закончилась ужасом ужасным.