Книга Не приближайся!, страница 25 – Лилия Левицкая

— Значит, ты хочешь, чтобы я тебя заставил? Он тянет меня за собой, в центр комнаты, прямо к танцующей толпе. Музыка оглушает. Я пытаюсь вырваться, но его хватка слишком сильна.

— Потанцуй для меня, Мира, — шепчет он мне на ухо, его голос полон угрозы.

— Иначе… Он не договаривает. Я и так понимаю, что иначе. Иначе он сделает мою жизнь еще более невыносимой. Иначе он уничтожит меня. Я смотрю на танцующую толпу. Они живут в своем мире, в мире роскоши и вседозволенности, где нет места для таких, как я. Молодежь встает вокруг нас ожидая шоу. Все они подстегивают меня “Танцуй. танцуй!” Стою неподвижно, играет музыка. Кто-то переключил музыку на более медленную. Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох.

Он достает из карманов купюры и начинает поверх головы их кидать на меня. Они дождем сыплются на мою голову, оседают на плечах. Мои щеки горят не от стыда, а от бессильной злобы. Ярость сжимает горло, не давая дышать. Я чувствую его взгляд на себе, его довольную ухмылку. Я беру стакан с водой, и выплескиваю ему в лицо.

Вода смывает его довольную ухмылку, стекает по щекам, с волос капает на дорогую рубашку. В его глазах — шок, переходящий в ярость.

Все будто по командезастыли. Смотрят на нас.

Матвей медленно проводит рукой по лицу, стирая воду. Его перекашивает от злости, в глазах — чистая ненависть.

— Ты… ты еще у меня попляшешь, — рычит он.

Я стою, как статуя, но внутри меня больше нет страха. Только холодная, спокойная решимость.

И тут в толпе появляется Даниил. Ведет за собой Марину, она явно перепугана. Лицо красное, волосы растрепаны.

— Матвей! Ты вообще охренел?! — взрывается Даниил.

Матвей поворачивается, в его взгляде — раздражение.

— Даниил? Что за…

— Какого хрена ты за сестрой не смотришь?! — перебивает его Даниил, толкая Матвея в грудь. — Я только за ворота зашел — крики! Какой-то пьяный хрен приставал к твоей сестре! Хорошо хоть успел! И что это тут происходит? — спрашивает он, переводя взгляд с меня на Матвея. Видно, что он в бешенстве.

Матвей хватает Марину за руку, осматривает ее, как будто проверяет, все ли с ней в порядке. Матвей, кажется, с трудом сдерживает ярость. Он хватает бокал со стола и швыряет его в стену. Осколки разлетаются в разные стороны.

— Все вон отсюда! Вечеринка окончена!

Гости, испуганно переглядываясь, начинают расходиться. Через несколько минут в зале остаемся только мы четверо: Даниил, Марина, Матвей и я. В воздухе висит напряжение, как натянутая струна.

Матвей поворачивается к Марине, его взгляд становится мягче.

— Как ты вообще оттуда вышла? Я же тебя закрыл в комнате!

Марина молчит, опустив голову.

Матвей смотрит на Марину, потом на меня. В его глазах вспыхивает догадка. — Это ты… Это ты выпустила ее, да? — спрашивает он, медленно поворачиваясь ко мне.

Я молчу, просто стою и смотрю ему в глаза. Матвей делает шаг ко мне, и я невольно отступаю назад.

Даниил встает между нами, преграждая ему путь.

— Оставь ее в покое, Матвей, — говорит Даниил, стараясь сохранять спокойствие. — Она ни в чем не виновата.

Матвей злобно усмехается.

— А ты что, ее телохранитель теперь?

Я перебиваю:

— Я услышала, что Марина просит помощи, и открыла дверь, — спокойно отвечаю я.

— Ладно с тобой я разберусь позже, — говорит мне Матвей, прожигая взглядом. Затем поворачивается к сестре. — Тот мудак где? Он тебя не обидел?