Книга Не приближайся!, страница 67 – Лилия Левицкая

— Приехали, — сказал Матвей, заглушив мотор.

Мы помолчали. Расставаться не хотелось. Атмосфера в машине снова стала густой, заряженнойневысказанными словами и обещаниями.

— Я… позвоню завтра, — сказал он, не глядя на меня, теребя ключ зажигания.

— Хорошо, — кивнула я.

Он повернулся ко мне. Взгляд стал серьезным.

— Мира. Никакого Дани. Ты поняла?

Его слова прозвучали требовательно, собственнически. Часть меня возмутилась такому тону, но другая, та, что все еще находилась под влиянием его объятий и поцелуев, покорно кивнула.

Он снова наклонился и поцеловал меня. На этот раз дольше, глубже, чем на прощание, но не так отчаянно, как там, на холме. Это был поцелуй-обещание, поцелуй-утверждение его прав. Я ответила, чувствуя, как сердце снова забилось быстрее.

Когда он отстранился, я, немного шатаясь, выбралась из машины. Холодный воздух отрезвил.

— До завтра, — прошептала я.

— До завтра, — отозвался он и подождал, пока я не скроюсь в подъезде.

Поднимаясь по лестнице, я чувствовала себя совершенно другим человеком, чем та испуганная девушка, которая сбегала от него пару часов назад. Я открыла дверь квартиры тем же дрожащим ключом, но дрожь была уже не от страха, а от волнения. Войдя внутрь и закрыв за собой дверь, я прислонилась к ней спиной.

Тишина квартиры казалась оглушительной после бури эмоций. Я коснулась пальцами губ. Они все еще хранили тепло его поцелуя. Что я наделала? Правильно ли поступила? Я не знала. Но одно я знала точно — моя жизнь больше никогда не будет прежней.

Я медленно прошла в комнату, механически включая свет. Квартира встретила меня привычным уютом, но сейчас все казалось чужим, словно я смотрела на свою старую жизнь со стороны. Телефон на столике мигнул — пропущенный звонок от Дани. Раньше я бы тут же перезвонила, чувствуя вину за то, что не ответила. Сейчас я просто смотрела на его имя на экране.

«Никакого Дани. Ты поняла?» — слова Матвея эхом прозвучали в голове. Жестко. Бескомпромиссно. И как бы мне ни было жаль Даню, как бы ни мучило чувство вины, я знала, что Матвей прав. Продолжать тешить его надеждами нечестно по отношению к нему. И мучительно для меня.

Я не стала перезванивать. Положила телефон обратно, экраном вниз. Разговор с Даней предстоял тяжелый, но это будет завтра. Сегодня я не могла. Сегодняшний вечер принадлежал Матвею. Тому, кто ворвался в мою жизнь, как ураган, сметая все на своем пути, заставил меня почувствоватьто, чего я боялась и одновременно так сильно желала.

Я прошла в ванную, посмотрела на себя в зеркало. Растрепанные волосы, раскрасневшееся лицо, чуть припухшие губы, блестящие глаза. Я выглядела взволнованной, немного испуганной, но… живой. Да, именно это слово — живой. То самое, которое сказал Матвей.

Выйдя из душа и закутавшись в халат, я прошла к окну. Внизу уже было тихо, двор опустел. Машины Матвея не было. Он уехал. Но я чувствовала его присутствие так же остро, как если бы он стоял рядом.

Что ждет меня завтра? Позвонит ли он? Что будет дальше? Вопросов было больше, чем ответов. Но лежа в постели, глядя в темный потолок, я впервые за долгое время не чувствовала себя одинокой или потерянной. Я чувствовала предвкушение. Опасное, волнующее, пьянящее предвкушение новой главы, которую только что начал писать в моей жизни Матвей. И как бы страшно ни было, я была готова перевернуть эту страницу.