Онлайн книга «Заплати за любовь»
|
– А-а-й! Пусти! – Вадим, не надо! Прекратите, прошу, не надо! – Сука! Пусти! – Извинись, щенок. ИЗВИНИСЬ! Ну же! – Да пошел ты! Илья извивается, но Викинг сильнее. Он даже встать моему брату не дает, зафиксировал его и держит у земли, придавив коленом, тогда как у меня от ужаса сердце скоро ребра до трещин пробьет. Сама не знаю, где смелости набираюсь, но подхожу к Суворову и за руку его беру, умоляюще смотрю в глаза. – Прошу, Вадим, прекратите! Отпустите, он всего лишь мальчик! – Остынь, щенок. Суворов опускает брата, которого я тут же ловлю и отвожу на три метра в сторону. – Илья, Илюша, посмотри на меня! Едь домой к бабушке! – Да, сейчас поедем. – Нет. Ты один. Я буду здесь. Скажешь Шурочке, чтоб не волновалась за меня. – Что значит здесь, с ума сошла? Аня, что он тебе сделал еще? Давай руку, идем! Тащит меня, а я противлюсь. Суворов рядом стоит и смотрит. Мы уже женаты, я не могу нарушить уговор, потому что тогда брат молниеносно отправится под суд. – Нет, Илья. Послушай. Я буду здесь. С Вадимом. Брат останавливается, непонимающе смотрит на меня. Вижу в его глазах удивление, шок, неприятие. – Анюта, ты чего? Этот козел тебя изнасиловал! – Так ты потому, да? Слышал все? Дурачок… – Слышал. – Зачем ты это сделал, Илюша? Так нельзя. Это преступление! – Родная моя, это ОН совершил преступление! Это ОН тебе больно сделал. Поехали домой. Тут тебе не место, этот город не для тебя, пошли, Анют! – Я не пойду с тобой, останусь здесь. Я вышла замуж за Вадима. Я теперь его жена, понимаешь? Я с ним. – Что?! Нет, это просто бред! Я не понимаю и понимать не хочу! – вскрикивает брат и убегает, а у меня сердце кровью обливается. Мы так никогда с ним не говорили, никогда. – Илья! Илья! – зову его, но он даже не оборачивается, и я понимаю, что он не принял моего решения, хотя я и сама не принимаю. У меня просто нет выбора. Так надо. *** Нюта снова ехала молча всю дорогу к дому, и это просто вымораживало. Хотя бы что-то, какой звук издала, так нет же. Молчит как рыба, я бешусь и, что хуже, ни хера не могу с этим поделать. Следующую неделю мы просто существуем. Привожу вещи Нюты из общаги, ставлю пакеты у кровати, а она даже не поворачивается. Питаемся мы отдельно. Каждый готовит сам себе, хотя я всухомятку перебиваюсь, как обычно. Привожу продукты и оставляю на кухне, вижу, что Фиалка варит себе супы, горячее всякое, ну хотя бы так. Сам питаюсь отдельно. Бутербродами. В кабинете, чтобы ей не мешать и не видеть вот этот немой упрек в ее фиалковых глазах, потому что это меня убивает. Нет, мы не грыземся, не ругаемся и уже даже не разговариваем. У нас холодная война. Немая, блядь, бессловесная. Медовый месяц, страшно кому сказать, какой он у нас. Мне все чаще хочется задержаться на работе, чтобы Нюту не смущать, не пугать… не знаю, что там еще она ко мне испытывает? Ах да, ненависть сто пудов и обида там такая страшная, жуткая просто. На меня, конечно. Конечно, на меня. Не знаю я, как мне с ней общаться. Вроде жена она уже мне, но мы спим отдельно, девочка ко мне близко даже не подходит, а вчера вообще прикол: Нюта забаррикадировалась от меня в спальне! Подушек наложила под дверью, я едва открыл. На вопрос: «Какого?..» – промолчала, впрочем, как всегда, и я не знаю, не знаю уже, что мне с этим делать! Женился, блядь, на свою голову, завел себе жену, а как мирно жить с ней, как подступиться, я не знаю. |