Книга Игрушка с изъяном. Суши, лорды, два стола, страница 46 – Анна Лерн

Я увидела, как дамы переглянулись. Было ясно, что аргументы Брони попали точно в цель. Мой взгляд переместился на госпожу Доротею, которая стояла за прилавком. На лице женщины играла еле заметная довольная улыбка. Глаза старушки смотрели в разные стороны. Но я была уверена, что она не упустила из речи Брони ни единого слова.

Из лавки дамы вышли с покупками. И когда колокольчик звякнул над закрывающейся дверью, хозяйка лавки громко хмыкнула:

— А ты девка не промах! Можешь заставить людей расстаться с деньгами! Мои ангелочки так быстро упорхнули!

— Обращайтесь, если что, — с улыбкой произнесла Броня, а я добавила:

— Приходите сегодня к нам на ужин, госпожа Доротея. Вместе с сэром Реджинальдом.

— Непременно приду! — старушка пересчитала монеты, лежащие на прилавке, и сунула их в кошель. — В восемь!

Ближе к вечеру я занялась ужином. Сначала убрала с куриных бёдер кожу, вынула косточки и хрящики. А потом замариновала. Для этого мне понадобилось смешать соевый соус, саке, сахар, чеснок и имбирь. Примерно через час я приступила к обжарке, обмакивая каждый кусочек в крахмал, смешанный с мукой. Подавать курицу я решила с омлетом и салатом из капусты, заправленным японским майонезом. В его состав входили только яичные желтки, а ещё мисо паста, горчица, растительное масло, лимонный сок, рисовый уксус, чёрный перец и соль.

Удивлению госпожи Доротеи не было предела. Когда я поставила перед ней тарелку с золотистой хрустящей курицей и пышным омлетом, правый глаз старушки резко сфокусировался на еде.

— Мать честная… Ты это всё сама?.. — она наклонилась ближе, принюхиваясь. — М-м-м…

Хозяйка осторожно взяла вилку и,наколов кусочек курицы, откусила.

— Это просто чертовски вкусно! Чувствую себя сейчас, как будто мне лет на сорок меньше, и я лежу в постели со своим любимым Оливером! Он вытворял такое… Стыдно вспомнить! Наслаждение!

Старушка взяла рюмку с саке и одним махом опрокинула в себя.

— Как же хорошо!

Это был очень уютный вечер. Мы разговаривали обо всём на свете. И когда Броня поинтересовалась о работе, госпожа Доротея задумалась.

— Я, конечно, подумаю, кому здесь требуются работницы… Но вряд ли вы можете рассчитывать на хорошее жалованье.

— На первое время мы согласны на любые деньги, — сказала я. — Иначе нам придётся туго.

— Хорошо. Я помогу, чем смогу, — пообещала старушка и улыбнулась, заметив, что Броня рассматривает вышивку на скатерти. — Нравится?

— Очень. Я только сейчас обратила внимание, какое отличное качество. Такой плотный и мягкий хлопок… — подруга поправила уголок.

— Это наша местная гордость. Хлопок выращивают на острове, что неподалеку. Он имеет особое качество из-за почвы и солнца. Раньше из него ещё и тонкое кружево делали, но теперь это редкость, — ответила госпожа Доротея. — В каждом доме есть вещи из нашего хлопка.

Солнечный луч проскользнул в щель между шторами и вспыхнул золотом на медном чайнике. Настенные часы показывали без четверти десять. Мы до самой полуночи просидели на кухне, разговаривая с госпожой Доротей обо всём на свете. Этот уютный вечер так понравился всем, что было решено устраивать подобные посиделки каждую пятницу.

Мы с Броней пили чай, когда дверь кухни распахнулась, и мы увидели шляпу с покачивающимся пером.

— Доброе утро, девушки! — хозяйка антикварной лавки вошла и поставила на стол корзину с развалившимся в ней сэром Реджинальдом.