Книга Роковой выстрел, страница 76 – Марина Серова

Екатерина замолчала.

— И что же произошло дальше? — спросила я.

— Я не могла поверить в то, что сейчас происходило там, в кабинете. Мне стало очень страшно. Да, я знала, что у Владимира были разногласия с его лучшим приятелем, но я никак не могла подумать, что они могут зайти так далеко. Виталий… он был в ярости. Я почувствовала, что он может сделать что-то ужасное. Я отошла за угол. Потом Виталий вышел из кабинета Владимира с искаженным от ярости лицом. К счастью, он меня не заметил. Потом я медленно, чтобы хоть как-то успокоиться, пошла к себе в комнату.

— Вы все рассказали полиции? — спросила я. — Ведь полицейские приезжали к вам в дом в тот день, чтобы провести расследование.

— Да, все верно, полиция у нас была, — кивнула Екатерина. — Но я… нет, я ничего не сказала.

— Но почему? Почему вы скрыли это от следствия? — спросила я.

— Когда я узнала о смерти Владимира, я была просто в шоке. Я сначала никак не могла поверить, что это произошло. А потом я вспомнила эту ссору и поняла, что, возможно, смерть мужа и их с Виталием ссора, что эти два события как-то связаны между собой. Я не могла избавиться от чувства вины. Ведь если бы я в тот момент, в самый разгар их ссоры, вошла бы в кабинет, то… Если бы я вмешалась, если бы остановила их…

Екатерина закрыла лицо руками.

— Пожалуйста, выйдите, — попросила она.

Я вышла из комнаты Екатерины. Что я только что слышала? Почему Екатерина сказала, что она видела, как в кабинет Владимира Новоявленского в тот день входил его приятель Виталий Сидоров? Ведь Владислав сказал мне, что Виталий приехал в коттедж только в день похорон. Ладно, предположим, что Виталий мог тайно пробраться на территорию и незамеченным войти в дом. Но ведь его алиби доказано, я просила Кирьянова проверить, и Владимир заверил меня в том, что Сидоров не причастен к смерти своего приятеля Новоявленского.

Значит, Екатерина нагло врет.

— Таня! Вот ты где, а я тебя искал, — сказал Владислав, поднимаясь по лестнице.

— Да, Влад, я здесь. Ты что-то хотел сказать? — спросила я.

— Да, идем в гостиную, адвокат уже там, сейчас он начнет читать завещание отца, — сообщил Владислав.

Мы пришли в гостиную, когда там уже собрались родственники и гости. Адвокат Михаил Яковлевич — высокий, подтянутый мужчина в синем костюме, с седым «ежиком» коротко стриженных волос — держал в руках папку с документами.

— А где же Елизавета Аркадьевна? — задал вопрос кто-то из собравшихся в гостиной.

— Бабушка сейчас находится в клинике, у нее вчера поднялось давление, поэтому врачи порекомендовали оставить ее в стационаре для наблюдения, — ответил Владислав.

Я внимательно наблюдала за всеми, кто находился в гостиной в ожидании чтения документа о наследстве. И от меня не укрылось то, что Екатерина и ее тетя Светлана Николаевна обменялись взглядами. Правда, этот обмен длился всего несколько мгновений, но я успела заметить и растерянность, и недоумение, и едва уловимую злость. И еще что-то. Может быть, надежду? На что?

«Да, эти две женщины заслуживают самого пристального внимания», — подумала я.

Между тем адвокат призвал всех к вниманию.

— Позвольте сначала выразить вам глубокое соболезнование в связи с постигшей вас утратой, — произнес адвокат соответствующие случаю слова.

— Благодарю вас, — сказал Владислав.