Онлайн книга «Дочь Скупого Клопа»
|
— Некоторые люди тщательно готовят свой уход из жизни, — тихо произнесла я, — Оставляют письмо родным с указанием, как хоронить. Но чаще всего это спонтанное решение. Тех, кто глотает лекарства, часто удается вернуть к жизни, и почти все они потом говорят: «Останови меня кто в тот момент, когда я за таблетки схватился, был бы очень ему благодарен. Это я на волне отчаяния и обиды так поступил». Значит, ваш брат вышел сухим из воды? Ирина кивнула: — Именно так. В Москве жила сестра нашей мамы, одинокая бездетная старая дева, директор школы. Папа соврал ей, мол, в провинции хорошее образование не получить — пригрей племянника, возьми к себе в гимназию! Тетка его вроде как ежовыми рукавицами схватила, заставила учиться, велела продолжать занятия плаванием, потом в институт парня пристроила. Свою квартиру племяннику завещала. Отец сына видеть не желал, я тоже с братом дела иметь не собираюсь. Чем он занимается, как живет, вообще не интересно. Где Иосиф Меркулов находится, жив ли он, тоже безразлично. Паша Колоколов умер. Это случилось спустя несколько лет после той гадкой истории, вроде как у него заболевание обнаружилось. Федор Федосеев пропал. Где он? Никто не знает… Незадолго до смерти папа ту историю вспоминал, сказал, что Владимир — хам и дурак. Надо мной он издевался, ничего святого у парня нет. Есть лишь одна икона, на которую он усердно молится, — денежная купюра. Парень с детства такой. Вечно Федору завидовал — у того отец богатый, в театре работает, значит, хорошие деньги получает. Федька лучше всех сверстников был одет, всегда в кошельке у него не монеты звенели, а бумажки шуршали. Он с юных лет был умный и хитрый. Все, кто в той истории был замешан, так или иначе пострадали, но Федосеев просто испарился. Наверное, папаша ему другие документы добыл, и живет Федька тихо и спокойно, если жив еще. Вот чует мое сердце, отлично он устроился!.. Отец со Степаном Тимофеевичем Владимира трясли, требовали живо доложить, чем и где они занимаются, а этот дурак давай хвастаться, как он все придумал и организовал. Самый главный он, мозг всего! Прямо распирало его от собственной значимости, от восхищения своим умом! Федька же, когда ему вопросы задавали, отделывался короткими «да», «нет», «не знаю», «не видел» и повторял: «Главный — Володя, он всем заправляет. Я всего лишь его приказы выполняю, деньги за это получаю небольшие совсем». Мужчины поверили ему, а потом они с отцом собрались уходить. Федосеев в прихожей ботинки натягивает, а папаша его нервничает и говорит: «Степан Тимофеевич, надеюсь, вы поняли, что моего мальчика втянул во все Владимир!» Отец рассказывал: «И тут Федька выпрямляется, я с ним взглядом сталкиваюсь и вижу: парень ликует! На секунду у него выражение бескрайнего торжества в глазах появилось. Правда, тут же пропало. Но я скумекал: ну и ну, умен жук! Это он все устроил, а теперь, чтобы сурового наказания избежать, дурака Володьку на первое место поставил, из себя невинного корчит. А моему сыну охота главным быть! Идиот! Почти совершеннолетний кретин, а ума ноль! Зато фанаберии океан!» Ирина выдернула из прически прядь волос и начала накручивать ее на палец. — Это все, что могу рассказать. Вот куда подевалась брошь, понятия не имею. Думаю, ее Владимир спер. Или Тонька унесла. Не знаю. |