Онлайн книга «Ступа с навигатором»
|
– Это научная разработка, – обиделся Илья, – ее действие построено на отрицании действия. Ни один нормальный человек не станет запихивать в себя плод размером с кулак! И каждая психически адекватная личность спросит себя: коим образом челюсти связаны с умом? Вот вам и ответ! Тот, у кого мозга нет, начнет выполнять задание. Ваш Дегтярев не может считаться здоровым! И он единственный за пятнадцать лет существования теста сумел запихнуть в себя яблоко целиком. Попытки имелись, но успеха достиг только полковник. «Выньте его», – немедленно отреагировал толстяк. – Саша, не нервничай, – начал успокаивать друга Феликс, – сейчас возьму нож, аккуратно отрежу кусок фрукта, и нет проблем. – Яблоко не разделить на части. Оно пластмассовое, – тихо возразил Илья. Полковник закивал. – А-а-а, – протянул Маневин, – это меняет ситуацию. – Пустяковое дело, – засмеялся Гарик, – берем зажигалку, подогреваем фигню, она расплавляется… Полковник замотал головой, замахал руками, потом написал заглавными буквами: «НЕТ!!!» – Не нервничайте, – сладким голосом пропел Розов, – безвыходных ситуаций не бывает. Есть люди, которые не видят выход. Надо чихнуть! Полковник схватился за ручку. «Зачем?» – Если чихать с открытым ртом, то все, что в нем лежит, всегда вываливается, – сообщил Никита, – начинайте! Полковник поерзал на стуле. «Не получится». – Давайте не тормозите, – наседал специалист по финикам. Теперь на бумаге появилось: «Не могу». Гарик скривился. – Марина! Зачем тебе мужик, который даже чихнуть не способен? – Масло! – закричала Нина. – Пусть Александр Михайлович наберет в рот… – Не сумеет, – остановил домработницу Илья, – шар плотно сидит. Разве что взять шприц, аккуратно отодвинуть щеку… Дегтярев вцепился в ручку. «Нет! Вы мне язык проткнете». – Саша, иголку не наденем, – объяснил Феликс. «Нет! Из-за вас лишусь речи». – Можно использовать клизму, – осенило моего профессора, – у нее кончик мягкий, Нина у нас… – Есть, есть, есть, – заликовала помощница по хозяйству и умчалась. – Масло надо брать вазелиновое, – объяснил Илья. «Нет! Хочу оливковое», – сообщил полковник. – Оно не такое скользкое, – решил поспорить Войлоковский, – может не сработать. «Нет! Оливковое! Настоящее! Итальянское! – потребовал Александр Михайлович и прибавил: – В России ни оливки, ни маслины не растут». В комнату вбежала запыхавшаяся Нина, она держала большой резиновый мешок, от которого тянулся шланг. На его конце имелся пластмассовый наконечник. – Вот! – Это что? – захихикал подкидыш. – Клизма! – сообщила Нина. «Не хочу такую», – занервничал Дегтярев. – Кружка Эсмарха великовата, – отметил Илья, – но может подойти. Только масла потребуется много. – Нет проблем, – кивнула я, – у нас в кладовой есть запас. «Нет, нет, нет, – написал полковник, – не хочу, чтобы в меня лили что-то с помощью кружки, который пользовался Эсмарх. Никогда. Нет». – Эсмарх тем, что принесла Нина, пользоваться не мог, – тоном воспитательницы, которая беседует с капризным трехлеткой, произнес Маневин, – Фридрих Эсмарх скончался в тысяча девятьсот восьмом году. И он… Дегтярев застучал ладонью по столу, потом на бумаге появилось новое «эссе». «Нет! Нет! Нет! Ни за что не позволю запихивать мне в рот эту штуку. Ей больше ста лет! Выкиньте ее!» – Она новая, – воскликнула Нина, – недавно из аптеки. |