Книга Слон для Дюймовочки, страница 29 – Дарья Донцова

Игнат привел девушку к бане, велел ждать его снаружи, сам вошел внутрь, отсутствовал долго и, наконец, вышел с вещевым мешком. Софья удивилась, но спрашивать ни о чем не стала. В Москву они ехали молча.

Дома Игнат вынул из вещмешка свертки, начал их разворачивать, по-прежнему не говоря ни слова. Из тряпок показались жестяные коробки из-под монпансье. Мужчина открыл одну…

– Папенька! – ахнула дочь. – Это же драгоценности матушки, бабушки!

– Слушай молча, – велел отец.

Вечером того же дня, войдя в свою спальню, Софья наконец-то смогла дать волю слезам. Игнат Алексеевич напугал ее наставлениями, что нужно делать, когда его арестуют. С чего папеньке пришла в голову такая идея? Жили Авиловы скромно, никому не мешали, зависти не вызывали. Не было причин ни у кого коситься на Игната и Соню. С какой стати алчным мыслям у других появиться? У девушки старая одежда, стоптанная обувь, у отца единственные брюки в заплатках. Никто Авиловых не тронет.

Но Сонечка ошиблась. Вскоре после того, как папа составил для дочери инструкцию, за Игнатом пришли. Наверное, могли забрать и дочь, но хитрый Игнат велел ей до своего ареста жить у няни, а домой заходить ненадолго, предварительно тщательно изучив обстановку во дворе. Отца увезли ночью на «черном воронке»^[3], Соня осталась на свободе.

Примерно через неделю, в субботу, в дверь квартиры няни постучали. На пороге стоял мужик, он протянул Авиловой письмо. В понедельник Софья получила справку о смерти Игната Алексеевича в камере от сердечного приступа. Во вторник она приехала на вокзал и передала сумку с едой и одеждой некоему Петру Максимовичу Белкину, который отправлялся в Сибирь.

Следующие годы Сонечка жила тихо, как мышь после пожара. Замуж она не вышла, детей у нее не было. Потом неожиданно для самой себя принялась писать детские сказки и пьесы. Литературные труды понравились читателям, Авилову начали активно издавать, потом поручили вести программу на радио.

Когда актриса Корсо появилась в колье «Хризантема» и соврала, что это ее семейная ценность, Софья, которая на тот момент считалась классиком детской советской литературы, возмутилась и впервые дала интервью прессе, рассказав, как обстояло дело. Игнат Алексеевич предложил следователю «алмазный фонд» своей фамилии в обмен на свободу и гарантию, что его дочь не арестуют! Сотрудник НКВД Егор Кириллович Никитин получил обещанные ювелирные раритеты.

Маленькая деталь: алчному мужику подсунули копии. Игнат Алексеевич заранее сделал их в надежде, что его жизнь станет зависеть от жадного до денег человека. Производство фейков стоило немало средств. На оправу пошло настоящее золото, но не червонное, как в оригиналах, а самой низкой категории. Камни тоже хорошие, разные самоцветы. Их обработали так, что они стали похожи на бриллианты, изумруды, рубины. Конечно, профессионал сразу поймет, что стоимость ожерелья невелика. Но сомнительно, что простой сотрудник НКВД разбирается в бриллиантах. Сотворил копии хороший мастер. Ремейк колье «Хризантема» он создал с вдохновением. Так сказать, бюджетная версия смотрелась словно подлинник.

Зачем Игнат потратил деньги на копии? Он же понимал, что следователь не дока в ювелирном деле. Надо было взять какой-то желтый металл, огранить осколки бутылок, выдать их за драгоценные камни. Но Авилов, человек осторожный, знал, что от драгоценностей зависит его жизнь. Сотрудник НКВД мог отнести изделия оценщику, узнать, что его бессовестно обманули. И что тогда? Обозленный мужик костьми ляжет, желая наказать не только Игната, но и Софью. А к золоту и самоцветам претензий не будет, это драгоценный металл и хорошие камни. Авилов сможет сказать: «Вещи настоящие, их вы сможете задорого продать».