Онлайн книга «Слон для Дюймовочки»
|
Я думала, что сейчас таких дам уже не встретить. И, пожалуйста, одна из них сейчас смотрит на меня. – Ну? – осведомилась владельца «башни». – Чего надо? – Чайник не работает, – ответила я. – Заходь, – приказала тетка, – покажь паспорт. – Чей? Мой? – Нет, чужой, – буркнула тетка. Я посмотрела на табличку, которая стояла на столе: «Сегодня Вас с радостью обслужит Мария Алексеевна Капустина». Если сотрудница сейчас испытывает восторг при виде меня, то не хочется увидеть ее в секунду раздражения. – Эй, девушка, проснитесь и пойте, паспорт! – потребовала Капустина. – Вам нужен мой документ или чайника? – уточнила я. Мария Алексеевна прищурила один густо накрашенный глаз. – Кто сломался? Вы или оборудование? Ладно. С документом потом разберусь. На какой день назначить доставку? – Чего? – переспросила я. И услышала в ответ: – Того! Что гавкнулось? Я уже хотела объяснить, что все собаки дома, ни одной из них в коридоре нет, но через секунду сообразила, что глагол «гавкнуться» является синонимом выражения «пришло в негодность», и, ощущая себя больным попугаем, бойко сообщила: – Чайник! – Наши переговоры сдвинулись с мертвой точки! – обрадовалась Капустина и перешла со мной на «ты»: – Теперь сосредоточься и ответь, когда за ним прислать тягач. Услыхав вопрос, я поняла, что Мария Алексеевна сумасшедшая. Почему ее держат в штате? Вероятно, женщина только что лишилась рассудка. Она отправилась на обед, ела с двенадцати до двух и слегка поехала умом от обилия пищи. – Если имеется гарантия и срок не вышел, доставка приборов в ремонт – за наш счет! Чего сидишь, смотришь, как лягушка на молоток? Говори, – торопила меня хозяйка кабинета. – Простите, – тихо отозвалась я, – но чайник… – Ой, можно подумать, ты первая с ним, – отмахнулась Мария. – Знаешь, сколько чайников перевидала? Мне семьдесят пять лет, я полвека тут пашу! Прибудет платформа, которую цепляют к тягачу. Доставят в ремонт, как мать родную, нежно! Заканчивай крыльями хлопать. Я не сумела сдержать удивление: – Вам семьдесят пять? Думала, не больше пятидесяти. На лице Марии Алексеевны заиграла улыбка. – Ой, да ладно! Понимаю, сейчас льстишь, чтоб прямо на завтра доставку оформила! – Нет, искренне удивилась, – возразила я и вынула из пакета коробку. – Не надо ничего везти. Вот он! Совсем новый, но не работает. – Кто? – тихо переспросила моя собеседница. – Чайник. Капустина взяла коробку, осмотрела ее, потом захохотала: – Ой, умираю! Ой, сейчас скончаюсь! Ой! Вот парням расскажу, они сдохнут от ржаки! Я ощутила себя героем пьесы, которую сочинил безумный автор. Вытирая слезы, которые выступили на глазах, тетушка задала самый гениальный из всех гениальных вопросов: – Это же простой кипятильник? Я молча кивнула. Нет, бабушка определенно странная. Держит ведь коробку, на ней есть картинка. Хотя, может, она плохо видит? – Расскажу ребятам, так они мне не поверят, – простонала Мария Алексеевна. – Милая, ты перепутала, попала в оформление гарантийного ремонта особо тяжелой техники. Соображаешь, о чем идет речь? – Тракторы? – предположила я. – Мелочовка, – фыркнула Капустина, – ерундой не занимаемся. Попробую объяснить! Есть ну очень большой агрегат. Где он стоит, что делает – не твоего ума дело. В нем имеется деталь три К сто двадцать восемь бис пятнадцать, номер серии – пятьдесят четыре Б, в реестре – девятьсот двенадцать семьсот семь. Все это произносить язык сломаешь. Мужики называют фигню чайником. |