Книга Ананас на ёлке, страница 56 – Дарья Донцова

Мы с Мариной одновременно втянули головы в плечи. Полковник встал и пошагал в прихожую, Сеня и Кузя поспешили за ним.

– Мне надо посуду помыть, – сказала подруга, которая не хотела попасть мужу под горячую руку. – Дашуля, отправляйся без меня в маленький дом.

Мне стало смешно. Дегтярев гневлив. В тот момент, когда его охватывает раздражение, лучше не стоять у толстяка на пути. Потому что он растопчет вас, как боевой бизон – перепелиное яичко. Но припадок злобы завершается быстро, спустя несколько минут Александр Михайлович начисто забывает, что проехал по человеку танком. Если же жертва с обидой говорит: «Да, накосячил, но это не повод так со мной поступать», – полковник удивляется:

– А что не так? Я просто спокойно объяснил, какие ошибки ты допустил.

Александр Михайлович не прикидывается, он в самом деле не помнит, как топал ногами и рычал, словно голодный саблезубый тигр. Обижаться на толстяка – бесполезное дело. Во-первых, на все, кроме работы, у него короткая память, а во-вторых, полковник считает себя тихим кротким человеком, этаким пирожным с шоколадным кремом. Переубедить его невозможно, заставить чувствовать себя виноватым не получится. Жена об этой особенности мужа прекрасно знает, поэтому сейчас не спешит в офис. Роль жертвенной овцы отведена мне!

– Ступай, Мариночка, – защебетала Нина, – сама справлюсь!

– Нет, нет, – быстро возразила супруга Дегтярева, – ты устанешь.

– Мариша! – проворковала я. – Нина великолепно разберется с посудой! И вообще, несправедливо, что ты станешь убираться. Один готовит завтрак, другой приводит в порядок столовую. Нинуша, ты что выбираешь: кашеварить или посудомойку загружать?

– У Мариночки все так вкусно получается, – улыбнулась помощница по хозяйству, – я так не умею готовить.

– Вот и договорились, – кивнула я. – Пошли, Марина.

Но подруга нашла новый повод избежать встречи с разгневанным бизоном:

– Надо переодеться, ступай, я подойду чуть позже.

– Ты прекрасно выглядишь, – возразила я, подталкивая ее к двери.

Когда мы оказались в прихожей, Марина зашептала:

– Не дай бог, Саша узнает, что мы провели обряд изгнания.

– Несдобровать нам, – согласилась я и подумала, что мне сейчас определенно крепко влетит за поездку в Будякино вместе с Аней.

– Даже под пытками не сообщу, что мы обращались к врачу-изгнателю, – поклялась подруга.

Я кивнула:

– На мой счет не сомневайся, прикушу язык!

Не успели мы войти в маленький домик, как полковник выглянул в прихожую и сразу напал на меня:

– Я велел тебе ехать домой, а не катиться одной в Бурдякино!

– Будякино, – на свою беду решила я поправить его.

И тут в холле материализовался тот самый бизон. Забыв снять обувь, Марина ринулась на второй этаж, а на мою голову упал весь праведный гнев полковника. Закончив бушевать, Александр Михайлович выдохнул и ушел в офис. Я разделась и на цыпочках проследовала за ним.

– Не люблю крики, – сказал Сеня, увидев меня, – думаю, любые недоразумения необходимо решать спокойно. Но сегодня я солидарен с Дегтяревым! Охота тебя отшлепать! Поехала одна невесть куда! Рассказывай, что да как!

Я начала докладывать о том, как мы с Аней провели время в Будякине.

– Отлично, – процедил полковник. – Волшебное приключение. Анна получила в нос, а Дарье дали по морде тряпкой. Судя по твоей реакции, ткань смочили чем-то вроде хлороформа. И в качестве вишенки на торте угнали «Мини Купер». Замечательно!