Книга Дело о лесном монстре, страница 37 – Марина Серова

— А я местный житель.

Кивнув, Таня призадумалась, а потом решила уточнить:

— А вы откуда знаете, кто я такая?

Мужчина усмехнулся.

— Так как тут не знать? Весь поселок уже на ушах стоит, всем любопытно вас увидеть и рассказать обо всем, что знают.

Единственное, что оставалось Тане, — это удивиться тому, как быстро расходятся слухи.

— И что же вы хотите рассказать? — прямо спросила она.

От такого вопроса собеседник на несколько секунд затих, растерянно хлопая глазами.

— Даже и не знаю, что ответить вам на такой вопрос. Мне, собственно, и нечем даже поделиться.

— Для начала можете поделиться своим именем, — предложила Таня. Она-то представилась, в то время как собеседник продолжал сохранять анонимность.

После ее укора мужчина весело улыбнулся и покачал головой.

— Какой же я невнимательный. Должен был сразу представиться, а не заставлять вас ждать, — он протянул Тане руку. — Аркадий Степанович. Местный исследователь.

— И что исследуете?

Мужчина многозначительно хмыкнул:

— Преимущественно загадки человеческой души. Знаете, никогда не догадаешься, что найдешь. Бывает, смотришь на человека и думаешь: простак простаком, ну кому от него может быть хоть какой-то толк? А потом как приглядишься… — Аркадий Степанович многозначительно покачал головой, но потом вдруг снова тепло и светло улыбнулся Тане. — Вот и задумываешься после такого о глубине человеческой души. А вы как считаете? Ну, если судить с вашей профессиональной точки зрения.

Судить с профессиональной точки зрения Иванова любила только преступников и обстоятельства дела, а вести пространные разговоры с незнакомым мужчиной на окраине леса она совсем не хотела.

— Простите, но у меня сейчас нет времени на подобную демагогию. Мне нужно опрашивать свидетелей и искать пропавших девочек.

Мужчина тут же сделался искренне встревоженным и сочувственно покачал головой, будто очень близко к сердцу принял исчезновение каждой из девчонок.

— Конечно-конечно. Какой ужас. Страшно представить, что сейчас переживают родители девочек. Ужас, да и только. Я бы на их месте места себе не находил. Всю округу уж на уши поставил и не успокоился бы, пока не нашел свою дочь живой или хотя бы мертвой.

От этого «хотя бы» и тона, которым оно было произнесено, у Тани мороз пробежал по коже. Это совсем не прозвучало как сочувствие страдающим от потери детей родителям. Скорее как неприкрытый упрек в их адрес.

— Хотите сказать, что родители не очень заинтересованы в поисках своих детей?

— Ну, как сказать? — Аркадий Степанович драматично взмахнул руками, задержав их на несколько мгновений на уровне лица, а потом громко хлопнул ладонями по бедрам. Да так, что даже ключи в кармане задребезжали. — Они очень хотят показать всем в округе, как переживают.

«Но на самом деле не волнуются о пропаже дочерей? Именно на это он пытается намекнуть?» — Таня призадумалась, пытаясь проанализировать услышанное.

— Все родители или вы имеете в виду каких-то конкретных?

Таня выдала эту фразу не задумываясь и тут же притихла, с замиранием сердца ожидая вердикта своего случайного собеседника.

Мужчина первым делом негромко хмыкнул, после развернулся спиной к лесу, но в сторону поселка не пошел.

— Думаю, скрывать от вас ничего не стоит. — он даже не старался делать вид, что не пытается напустить на себя атмосферу таинственности. Выходило до того вычурно и неловко, что, встреться с ним Таня при других обстоятельствах, приходилось бы заставлять себя не улыбаться. Сейчас улыбаться и смеяться не хотелось по той простой причине, что Ивановой очень сильно нужна была хоть какая-то стоящая информация.