Книга Дело о лесном монстре, страница 98 – Марина Серова

Не совсем честно, но сейчас ей очень важно было получить хоть каплю надежды. Пусть даже так.

Но кости на сделку не шли.

«28+8+20 — Скоро вас будут одолевать разочарование и досада».

Таня разочарованно и громко вздохнула, поднимая глаза к потолку. Вот получить такое предательство от собственных гадальных костей вдвойне больно.

Наудачу Таня снова собрала кости в руку и бросила их в третий раз.

«28+4+19 — Любовные дела в данный момент довольно запутанны» — Таня удивленно замерла и сверилась с увиденным еще раз. Нет. Все правильно. — «Это вообще откуда здесь?»

Взгляд сам собой упал на Алана, но Иванова тут же отвернулась. Кости опять предали ее. Не самый лучший день в жизни Тани.

Оставаться в доме Алана Таня не стала, вернулась к Лизе. Но не из-за странного последнего предсказания, а потому что нужно было вернуться. Хотя бы за вещами. Оставаться в том доме, где ее травят снотворным и устраивают представления под окном, Таня больше не планировала. Алан как-то сказал, что не против ее присутствия, и теперь не сможет забрать свои слова назад. Иванова твердо решила, что сегодня переедет к нему.

Но планы имеют обыкновение рушиться прямо на глазах.

Дома у Лизы Таню уже ждали.

— Гражданка Иванова, — официально поздоровался с ней Акопов. В этот раз он был в форме и вертел в руках наручники.

— Гражданин Акопов, — под стать ему ответила Таня. Руслан усмехнулся, но как-то ядовито.

— Руки.

— Что — руки?

— Руки вперед, — он кивнул на руки Тани и поднял собственные раскрытыми ладонями вниз на уровень груди. Иванова, не понимая, что вообще происходит, жест повторила.

В следующую же секунду на одном из ее запястий застегнулся браслет наручников.

— Что ты творишь?

— Гражданка Иванова, вы задержаны по подозрению в убийстве гражданина Симонова. — И далее шли стандартные фразы, которые обычно говорят при задержании. Таня часто такое слышала, но еще никогда не оказывалась по другую сторону. Сказала бы, что это было волнительно, но это было далеко не так.

— Кто еще такой этот ваш Симонов?

Сначала Таня подумала, что Акопов так Егора назвал, но потом здраво рассудила, что если у Егора сестра Сильванова, отец Сильванов, то и он, стало быть, тоже Сильванов. Значит, дело не в нем.

— Григорий Васильевич Симонов. Пятьдесят четыре года. Житель поселка Верхнее Борькино. Найден сегодня в собственном доме. Отравлен.

— Я не знаю никакого Григория Васильевича Симонова пятидесяти четырех лет! — прокричала Таня. Мало ей было потрясения от произошедшего за эти несколько дней. Так теперь ее еще и в убийстве какого-то незнакомого человека обвиняют.

— А свидетели показали, что вы ссорились с ним вчера. Прямо на улице. На глазах у десятков людей. И на флаконе, оставшемся из-под его лекарства, которое ты заменила на яд, были обнаружены твои опечатки, Татьяна.

Таня вообще ничего не понимала. Мало того, что она просто не знала никакого Симонова, так еще и ругаться с ним никак не могла. Но, по словам Акопова, все было совсем иначе.

Таню поразила догадка:

— Это та девушка, которая ходила по поселку нарядившись в мою одежду! Вернее, в такую же одежду! Я еще в тебя врезалась, когда за ней гналась.

Иванова кричала громко, совсем не собираясь себя ограничивать. Если потребуется, она будет кричать так сильно, что и на улице услышат. Если это поможет докричаться до Акопова, который дальше своего носа не видит, она согласна.