Онлайн книга «Детектив к зиме»
|
В Питере, наверное, сотни художественных мастерских, но можно не трогать весь город. Достаточно охватить ту его часть, которая в пешей доступности от станции метро, где они встретились — Лиза и парень с крестом… И вдруг она поняла! Отдельные детали сложились в пазл с отчетливой, ясной, понятной картинкой! — Леокадия Аркадьевна, я выйду на минуточку? Ей не терпелось проверить возникшую версию. Уже стемнело, во дворе Лиза пару раз споткнулась и едва не растянулась на заледеневшей луже. По части красоты и удобства старые питерские дворы — полная противоположность парадным фасадам. Дверь мастерской под вывеской «Арсений и Ко» была заперта, но за окнами горел свет, а в открытую форточку вырывались звуки и запахи: шумел какой-то прибор, тянуло клеем и краской. Запинаясь и оскальзываясь, Лиза подобралась поближе к окну и заглянула в просвет, образованный погнувшимися планками жалюзи. Увидела лишь угол, точнее, часть пола, но этого оказалось достаточно. На просторном лоскуте полиэтиленовой пленки остались отчетливые следы краски, выпущенной из пульверизатора. Краска была коричневая, и покрывали ею, судя по сохранившемуся контуру, большой крест. Помолвку праздновали в булочной-пекарне. Выбор места никого не удивил. Состав гостей — тоже. Правда, Тома, Ася, Жека и Лена поначалу слегка робели перед своей университетской профессоршей, но Какаду в неформальной обстановке была добродушна, хотя и отчитывала бывших студентов: — Эх, вы, филологи! Ну ладно я — старуха, мозги закостеневшие, но вы-то должны были сообразить, что это не крест, а буква «Х»! — Лизка и сообразила, — ревниво напомнила бабка Витальевна. На профессоршу она посматривала с подозрением, защищала от нее «деток» и все подкладывала им свежие пирожки. — Так Петрова же у нас самая умная! Целый аспирант! — ехидно похвалил Лизу Жека, ревнуя к ней свою профессоршу. — Без пяти минут кандидат филологических наук! — А вот скажи нам, кандидат, — Ася подперла щеку ладошкой, — как же ты догадалась, что это была буква «Х»? Лиза переглянулась с Какаду. Та хихикнула и закрылась широким рукавом белой блузки, как крылышком. — По двум другим буквам, — ответила Лиза. — Они стояли рядом — «е» и «б»… — Конечно, это могло быть и самостоятельное слово, — вмешалась профессорша и снова процитировала коллегу Ахматову. — Но эти буквы были строчные, а самостоятельное слово должно начинаться с прописной, — продолжила Лиза. — И я подумала: какое же именно слово? И придумала только одно. Хлеб! И вспомнила, что мне сказала Анна Витальевна. — Она кивнула бабке, и та приосанилась. — У станции, мол, открылась новая пекарня, у которой еще даже вывески нет. — Кто ж мог подумать, что буквы для вывески повезут в метро, — пробормотала Лена, уязвленная упреками профессорши больше других. Привыкла же быть отличницей. — Да просто у нас в тот день машина сломалась, а буквы нужно было доставить на место срочно, мы и так с монтажом затянули, — виновато объяснил Арсений, и Лиза погладила его по руке: все ведь хорошо, дорогой. Даже прекрасно, отлично, чудесно и замечательно! — И мы разделились: мне самую большую букву — заглавную, Семену — две строчных, Верке — одну, она же девушка. Семен и Верка, компаньоны Арсения, синхронно помахали надкушенными пирожками. — Доехали до конечной на метро, на уходящий автобус не успели, остались ждать следующего. А Лиза — шустрая — в отъезжающий запрыгнула… Ну, дальше вы знаете. — Арсений впился зубами в пышный пирожок. |