Книга Детектив к зиме, страница 48 – Елена Логунова, Евгения Державина, Галина Владимировна Романова, и др.

— То есть? Участок же можно продать.

— Кому он нужен, этот участок с развалившимся фанерным домиком, гнилым забором и заросшим сорняками яблоневым садом и огородиком? — выдохнула Свистоплясова.

— Участок можно облагородить, забор восстановить, на месте развалившегося домика построить новый.

— Нет, нельзя, — покачала головой Антонина Акимовна. — Там полным-полно таких заброшенных дач, и никто ничего в этом месте покупать не хочет.

— Почему?

— Потому что, во-первых, далеко, а во-вторых, никакой транспорт туда не ходит.

— Но дачи же кто-то построил.

— Построили, — кивнула Свистунова. — При царе Горохе, когда была советская власть, работал завод-гигант, от которого теперь и кучки пепла не осталось. Вот он-то и давал своим работникам шесть соток, как теперь говорят, в экологически чистом месте, и возил туда людей на заводском автобусе. Советская власть окончилась, завод давно сровняли с землей, дачи люди побросали. Старики умерли, а молодым они и бесплатно не нужны.

— Но соседи говорят, что ваш муж хвастался своим наследством, намекал на то, что его можно выгодно продать.

— Язык у моего Женечки был без костей, — вздохнула женщина, — да и цену он любил себе набивать. Хотел, чтобы люди его уважали. А уважать-то его было не за что, — признала жена Свистоплясова и всхлипнула.

Мирослава подождала, пока она успокоится, потом спросила:

— Может быть, ваш муж накануне своей гибели с кем-нибудь ссорился?

— Ни с кем он не ссорился. Да его и не принимал никто всерьез. Даже если Женя лез в бутылку, от него просто отмахивались. И он сразу успокаивался. Так что не там вы ищете, — она снова горько усмехнулась, — если только не думаете, что его Ефим Трофимович проткнул отверткой за кражу своего пальто.

— Я так не думаю, — тихо ответила Мирослава и, как показалось Свистоплясовой, сменила тему: — Антонина Акимовна, вас внуки часто навещают?

— Раза два в неделю. А что?

— Оба?

— Оба. Но чаще всего по очереди. Младший, правда, иногда заиграется и забудет, что к бабушке надо зайти.

— И часто с ним такое случается?

— Да нет, но вот как раз в день гибели дедушки не только забыл прийти, но и лекарства потерял, которые мне с ним Карина посылала. Мы не сразу хватились. Сами понимаете, не до того было.

— Понимаю. Но потом вы спросили внука, как же это случилось? Он объяснил?

— Объяснил. Сказал, что с ребятами в какую-то игру заигрался, а где оставил лекарства, он не помнит.

— Они были в сумке?

— Зачем в сумке, в мешочке, ну в таком, как в «Пятерочке» выдают. Карина их десятками покупает, а потом все в них кладет.

— Еще один вопрос, Антонина Акимовна: ваш внук разбирается в электричестве?

— В электричестве? — переспросила женщина.

— Ну да, типа розетку починить.

— Нет, что вы! Володеньке всего двенадцать лет, кто же ему доверит чинить электроприборы? У нас вон лампа мигает. Она, конечно, старенькая, как говорится, в обед ей будет сто лет. Но выбрасывать жалко. Она же еще хорошая. А я, грешным делом, — Антонина Акимовна смутилась, — молодость вспомнила и вышивкой занялась. Так мне под ней очень удобно. А она вроде ничего-ничего, да как начнет мигать, точно ей что-то в глаз попало.

— Может, нужно просто лампочку сменить? — предложила Мирослава.

— Нет, лампочка хорошая. Лампочки-то я и сама менять умею. А тут Саша сказал, что-то в ней замыкает.