Книга Двуликая правда, страница 61 – Евгения Державина

Он провел рукой по ее спине, чувствуя, как она напряжена.

– Вот увидишь, все будет хорошо.

Укачивая ее в объятиях, Марк посмотрел в окно. Сквозь мокрое стекло городской пейзаж выглядел смазанным, будто нанесенным кистью художника-импрессиониста. В асфальте отражался рассеянный свет уличных фонарей.

У подъезда белела Кларина «Мазда». Рядом поблескивал полированным капотом черный «Мерседес». Такой же он видел днем возле парковки фитнес-центра.

Фары не горели. Из приоткрытого тонированного окна доносились звуки классической мелодии. Она все нарастала, набирала мощь и, достигнув крещендо, внезапно смолкла. Следом вырвалось облачко серого дыма.

Марк впервые пожалел, что так и не повесил шторы.

Вагон плавно качало. Утренний людской поток, берущий штурмом электрички, уже схлынул, и на жестких сиденьях под убаюкивающий перестук колес дремали немногочисленные пассажиры.

Марк листал новостную ленту на телефоне и время от времени поглядывал в окно, где мелькали фонарные столбы и нежная зелень. Чем ближе он подъезжал к Москве, тем тревожнее ему становилось.

Записка, слежка напоказ – все это его не пугало. Тем более сейчас не девяностые, когда из-за угла можно было получить пулю в затылок. Однако липкое неприятное чувство не покидало его с тех пор, как он увидел «Мерседес» под своим окном. Поэтому планы на выходные пришлось резко поменять: Марк уговорил Клару поехать за город, но умолчал о настоящих причинах отъезда – хватит с нее волнений из-за записки.

«Москва-Курская», – объявил ласковый женский голос.

Марк направился к выходу с вокзала, протискиваясь сквозь толпу с баулами и чемоданами. Через час он вышел из метро и зашагал в сторону своего дома. На лицо упали первые крупные капли. Марк поспешил достать из рюкзака зонт, и вовремя – с неба полило так, будто прорвало кран с холодной водой. Похоже, прогноз погоды не врал и солнечные дни все же уступили место весенней хандре с ее внезапными ливнями и грозами.

Раскрыв зонт, боковым зрением он уловил какое-то движение и обернулся: по тропинке удалялся парень в черной толстовке с накинутым на голову капюшоном, больше никого не было.

Обогнув школьный забор, Марк остановился. Разве этот парень шел ему навстречу? И когда они успели разминуться на узкой дороге? Или у него началась паранойя, или…

Он повернул назад и, выскочив из-за угла, едва не столкнулся нос к носу с тем же парнем в толстовке. Марк узнал его – это он чуть не вышиб кофе из его рук, вылетев из подъезда на прошлой неделе.

Парень отпрянул и бросился прочь.

– Стой! – Марк отшвырнул зонт и погнался следом.

Дождь нещадно заливал глаза, рюкзак бил по спине. Марк бежал изо всех сил, но парень только увеличивал расстояние между ними. Свернув с тропинки, он метнулся к дороге. Петляя, как заяц, среди потока машин, быстро ее пересек и скрылся за стеклянными дверями метро.

У самой обочины Марк поскользнулся и чуть не свалился в грязь. Потеряв несколько драгоценных секунд, бросился через дорогу, но тут же остановился, пропуская резвых мотоциклистов. И какого черта они всегда ездят стаей?!

Когда он наконец выбежал на платформу, парень уже исчез.

Марк уперся руками в колени, пытаясь отдышаться. В груди жгло, в боку будто кололи иголкой. Ну что за рухлядь! Даже триста метров без одышки пробежать не может. А ведь когда-то КМС по плаванию был…