Книга Бойся мяу, страница 46 – Матвей Юджиновский

– Жэк больше всех высосал, – отметил Колька, после того как поймал на язык последнюю каплю.

– Кто-кто? – удивился Митька.

А Женька замотал головой. Неуверенно и как-то испуганно. Будучи младшим в семье с тремя детьми, он часто слышал такие упреки. И всегда это было неприятным, даже если звучала правда.

– Женек, – объяснил Коля. – Мы придумал ему кличку. Жэк.

Митя посмотрел на Женю. Он слабо улыбнулся и пожал плечами:

– Я думал… Мне показалось, что я как и все выпил. Спасибо, кстати, очень вкусно.

Тот махнул рукой и обратился к рыжему другу, игравшему, подкидывая, с пустой бутылкой:

– А почему у нас нет крутых прозвищ?

– У тебя есть, – усмехнулся Коля и потянулся потрепать того за ухо.

– Пошел ты! – отскочил Митя и хлопнул его по руке.

– Да ладно, Ушастый, – улыбался Колька. Без издевки, но и не примирительно.

– А ты тогда Рыжий будешь. Рыжий-рыжий, конопатый! Что, нравится?

– А вообще без проблем, пожалуйста, – с готовностью согласился Коля. – Только слишком длинно для прозвища. Зовите меня Рыж! – провозгласил он, воздев руку с бутылочной палицей.

Даже Митя воодушевился, забыв про обиду:

– А меня тогда… М… ми… уша… Уш-ш… Уж! Ага! Зовите меня Уж!

– Ужик? – с улыбкой предложил Рыж.

– Нет уж! Уж и только Уж! Иначе будешь у меня Рыжиком, понял?

И Митька бросился на друга, тот сорвался с места. И пару минут они безумствовали в догонялки. Потом еще минут сорок уже втроем они попинали мяч в одно касание и посоревновались в чеканке на трех уровнях: стопа, колено, голова. А выкипев наконец и перегревшись на солнце, направились в единодушном порыве в магазин.

Коля и Митя, скинувшись монетами, взяли три кружки бурого кваса, холодного и питкого.

– Ты же с города?

– И что?

Пацаны удивлялись, почему у Женька ни копейки денег.

– Как ты там без денег живешь? – спросил Колька, после того как причмокнул от серии шумных глотков.

Женя поморгал на ребят и пожал плечами:

– Родители в школу дают деньги на обед и на день рождения могут подарить. А еще за хорошие оценки в четверти, но… я их уже потратил.

– На форму твоего… как там его?

– «Реала», – подсказал Митя, – да?

– Ага. То есть – нет. Не хватило, на форму копить надо. – Женька крутил в руках полную кружку, ребристое стекло было прохладным и влажным. – Потратил на шоколадки, фишки и наклейки в журнал футбольных сборных.

Рыж рассмеялся:

– Ну ты даешь! – и толкнул Митьку локтем. Тот подносил кружку ко рту, дернулся и немного пролил на носки.

– Эй, блин!.. А у меня на шоколад аллергия с детства, – поделился он, потряхивая ногой. – Так папа говорит, он врач.

– Шоколадки, – усмехнулся Колька. – Я вот на велик коплю. А Дэн на CD-диски ненашинские, а до этого он уже накопил на CD-плеер и мне, между прочим, отдал свой старый, кассетный, прикинь! И вообще, как раз он-то со мной и делится мелочью, бывает, и бумажные дает.

– Плеер это классно, – согласился Женек, хотя усмешка его задела. – У меня у сестры старшей тоже есть. Кассетный.

– А я у мамы в карманах собираю: когда мелочи много, не заметно, если возьму несколько, – признался с дерзкой ухмылкой Митя, но кончики ушей уже на последнем слове предательски запылали.

– И ты что, совсем не ешь шоколад? Давно? – не верил Женька.

– Наверно, лет с пяти.

– А сейчас тебе сколько?

– Через месяц будет тринадцать, – обрадовался Митька, будто неожиданно вспомнил об этом. – Ну, вообще, я ем иногда конфетки там, мама угощает такими типа, от которых аллергии не будет.