Онлайн книга «Дурной глаз»
|
– Лейбович рассказывал, будто той ночью он видел на вершине горы столпы белого света. – Молодой человек, Лейбович неплохой сосед, но исключительно до тех пор, пока не выпьет. Я хоть и временная здесь, и то обратила внимание. – Что есть, то есть… А вы заметили: на следующий день после обвала исчезла мошкá? Я даже снял противомоскитные сетки с окон – понадеялся, что Ольга их промоет. – Конечно. И слава богу! Мы с Лучиком сэкономим на «Рапторе», д-да, Лу-учик? – Она трепет Лучано по холке. – Гав! – соглашается пёс, счастливо улыбаясь. – Вдруг имеется связь между этими двумя событиями. – Может, и имеется… Да, не забивайте голову! Сказки! – отмахивается Чубарова. – Когда я преподавала, мне доводилось общаться с местным краеведом. Сам он из манси. Унху его звали. Дедушка Унху. Это он приучил меня курить трубку. Так вот, он рассказывал про эту гору. Коренные народы издревле предпочитали обходить её стороной. У башкиров было для неё своё название, а у манси – своё. У меня эти названия из головы вылетели, но даже сама их фонетика, признаюсь, слегка пугала. В семидесятых годах сюда приезжали альпинисты, забирались на Утиный Клюв, и краевед после беседовал с одним из них. Думал написать статью о восхождении, да так и не решился. Потому что в советское время её напечатали бы, пожалуй, только в «Технике-молодёжи», в разделе «Антология таинственных случаев». Помните такой? Унху и с нами-то неохотно откровеничал, а уж о чём альпинист умолчал – бог весть! – Вы меня заинтриговали. И что же они там нашли? – Альпинисты добрались почти до вершины горы, до уступа или площадки, которая окружена каменными плитами, стоящими вертикально. Её отсюда не разглядишь, разве что с вертолёта – и то, как скалолаз говорил Унху, если повезёт. Там альпинисты наткнулись на невысокие курганы, сложенные из чёрных булыжников. На большинстве из них были оттиснуты некие символы. Альпинист утверждал, что участники экспедиции пересмотрели множество камней и не обнаружили ни одного повторяющегося знака. – Возможно, их оставили какие-то древние племена и это своего рода надписи… – Во всяком случае, это не манси. Вам известно, что у них до двадцатого века не было своей письменности? Что касается других народностей… кто знает? Рассказывают же, что у нас в области находят артефакты, созданные людьми аж железного века. – А дальше что? – Альпинисты продолжили подъём. Если честно, Унху так и не понял, что именно из увиденного дальше их напугало, – Чубарова внимательно заглядывает мне в глаза, словно подчёркивая значимость сказанного. – «Что» – но не «почему». Пока она вспоминает (и, наверняка, невольно выдумывает что-то от себя – а как иначе передать из третьих уст историю, услышанную десятки лет назад?), солнце, наконец, решает спрятаться за гору. Вмиг небо наполняется нежно-оранжевым, словно кто-то пролил на неоконченный холст пейзажиста сок экзотического фрукта. Очень красиво. Но Чубаровой, похоже, нет дела до красот природы, она увлечена собственным рассказом. – Далее им стали попадаться изображения глаза. – «Глáза» или «глаз»? – Глáза. Тут – глаз, там – глаз. Почти как человеческий, говорил Унху, но я не знаю, что он подразумевал под «почти». Высоко над уступом, на совершенно отвесной скальной поверхности они заметили несколько пещер. Входы в них были почти прямоугольными и, как посчитал альпинист, искусственного происхождения. Даже со снаряжением забраться туда показалось исследователям рискованным, а уж как эти пещеры выдолбило первобытное племя – и вовсе загадка. |