Онлайн книга «Самая страшная книга 2025»
|
– И расстояния не помеха. – Вот ведь Тёма: решил – и точка… – делано вздохнула она, сдерживая улыбку. – Я на въезде в Ильинск, это у нас в области. Знаешь? Пришлю тебе геолокацию. – Шли. Я пока раскочегарю ракету. – Сильно не гони. Асфальт влажный. – Полечу, не касаясь земли, – сказал Артем и отключился, но Кира не спешила отнимать трубку от уха. Конец разговора означал наступление одиночества. Наконец она сдалась. Опустила руку, отправила Артему геолокацию и стала наблюдать, как по лобовому стеклу скатывается водяное просо. Старалась не думать, что где-то в ночи идет своим путем Паха Чичерин. * * * Стук в окно был деликатным, но Кира подскочила в кресле, абсолютно не понимая, где находится, с криком, застрявшим в горле. Казалось, она прикрыла веки на мгновение, поддавшись дреме, – и вот, пожалуйста, в салон уже заглядывает со сдержанной улыбкой Артем. – Тёмка! Кира выскочила из машины и повисла на спасителе. Артем ответил на обнимашки одной рукой. Во второй он держал канистру с антифризом. – Привет, Кир. Показывай, что стряслось. Дождик кончился, и теперь над дорогой играл сам с собой в догонялки пронизывающий ветер. Щека Артема казалась ледяной, как и шея, – даже под воротником толстовки. – Ты сосулька совсем! – воскликнула Кира, расплетая объятия. Артем выпрямился. Он был выше Киры на голову, метр девяносто – настоящий здоровяк. Иногда она в шутку звала его Йети. – У меня кофе остался в термосе. Артем отмахнулся: – Некогда. Показывай. Пока он колдовал над капотом, Кира огляделась. Увидела осточертевший въездной знак, убегающую в сторону города асфальтовую ленту, обочину в проплешинах. И ничего больше. – А ты на чем доехал? – «Лексус» сломался по пути, – донеслось из-за крышки капота. – На такси? – Твоя бы тоже сломалась. – Артем игнорировал вопрос. – Тут все в антифризе. Хорошо, спохватилась вовремя. Но трещинки не вижу. Зальем в бачок и поедем аккуратно. Дотянем. Воронка есть? Воронки нет. Тогда на, свети. Он протянул ей смартфон. Кира скользнула взглядом по экрану «Гелакси», и ее брови поползли вверх: – Двадцать минут второго?! Ты пешкомшел? Бедня-аш! – Мы едем или болтаем? – буркнул Артем. – Свети давай. Он залил бачок, не пролив ни капли мимо («Золотые руки»!), и забрал у Киры мобильник. – Вроде не каплет. Поехали, проверим. За руль пустишь? – Да ты вымотан, наверное. Отдохни, уж я доеду. – Тебя тоже срубает. Задрыхнешь за рулем. А я соскучился по «Ласточке»: как там она поживает с новой хозяйкой? Новая хозяйка за антифризом не следит, а-та-та! – Ну хвать! – Кира хотела насупиться, но вместо этого хихикнула. – Садись, серьезно. Я отвезу. И за машиной мне так следить проще. – Ключи в замке… – пискнула она и прыгнула на переднее пассажирское. Артем хлопнул крышкой капота, кинул канистру на заднее сиденье и взгромоздился рядом. «Камри» просела. – Такой у меня чумовой был день, Тёмик, рассказать – не поверишь. – Кира зевнула. – Ну почему? – Он завел мотор, прислушался. – Время есть. Нам хватит. – Лучше подремлю, – сказала она, откидываясь. «Камри» плавно отчалила от обочины. Кира прикрыла глаза, хотя в сон ее уже не клонило. Причина была в другом: она не желала видеть Ильинск. Если не видеть, можно притвориться, что все – обрюзгшие хрущевки, подворотня за перекрестком, скрюченный пацан в летней футболке, губы, утопающие в дряблой бородавчатой плоти, и КОРГОЛГОН – приснилось. Притвориться и в итоге поверить. |