Онлайн книга «Самая страшная книга 2025»
|
Ноябрь завершался, и вечер Великой Дискотеки наконец настал. Тот самый, перевернувший в моей жизни все. * * * Проводить мероприятие решили в пятницу. Даже пару последних уроков ради этого перенесли. Школа рано опустела – чтобы наполниться вскоре торжественной суетой. Классические платья и брюки, штаны-«бананы» и джинсы-«варенки», парфюмерная какофония, залеплявшая нос уже на входе. Старшаки потихоньку гоняли за угол курить, малолетки разбились по классам и от волнения вели себя слишком шумно. Первое «взрослое» мероприятие в их жизни. Достойнее всех держались мы, семи-восьмиклассники, нам отчаянно хотелось что-то кому-то доказать. Учителя, непривычно нарядные, следили за дисциплиной, мелькнул директор с незнакомыми гостями – все в костюмах и даже при галстуках. Наверняка чиновники из гороно. В актовый зал нас пропускали строем, на миг показалось, что будет очередная официальщина, как тысячу раз до этого. Кое-кто даже начал шепотом обсуждать варианты бегства, но тут вдруг яркие лампы одна за другой погасли, а сцену озарили «светофоры» цветомузыки. – Раз-раз-раз! Добр-рый вечер! – поприветствовали нас динамики голосом Володи Кухленко, главного школьного организатора по линии комсомола. В дни обычных собраний Володя блистал белоснежными форменными рубашками, умел говорить по-ленински правильно и по-левитановски торжественно, но сегодня вещал и выглядел как истинный неформал. В «металлистском» кожаном жилете даже. Позади него на сцене обнаружились люди с аппаратурой, вместо речей заиграла музыка – и понеслось. Я себя чувствовал пьяным – хотя раньше пробовал только пиво, и то не понравилось. Необычность этого вечера выносила мозги без посредников. Отродясь не звучавшие в школьных стенах мелодии: хард-рок и диско, «АС/DC», «С. С. Сatch», Сабрина, Сандра, «Мираж», «Modern Talking»… Все подряд и без отдыха. Обнаружилось вдруг, что Марика забрали к организаторам, а Саня упрятал патлы под рокерскую бандану и помогает музыкантам. Тихушники хреновы! Обижаться на друзей не тянуло – сегодня я сам был особенным, каким всегда себя представлял, но раньше не складывалось. В «вареном» джинсовом костюме, разумеется. Надушенный папиным одеколоном «Тет-а-тет». Даже белые кроссовки с собой принес, чтобы легче двигаться. Углядел в толпе смеющуюся Викторию – рядом с серьезным Валерием Санычем, будто случайно, – и тут же мне стало не до того. Ритмы «Fancy» сменились короткой тишиной, потом зазвучали ноты «медляка», заставляя сердце колотнуться. Древний, но вечно живой «Hotel California». Мой взгляд уперся в блестящее, очень взрослое платье, а ноги сами понесли вперед – до того как успел испугаться. – Привет! Потанцуем?! Ленка Кириллина обернулась, в глазах блеснуло удивление, но тут же сменилось чем-то другим. Гораздо более теплым. Молча кивнула и обняла меня руками за шею, тоже по-взрослому. Кто-то в толпе разочарованно матюкнулся, кто-то вздохнул: мой внезапно обострившийся слух улавливал все. Обоняние втягивало Ленкины духи – дешевые, приторные, но сейчас восхитительные, – зрение впитывало детали внешности, от завитых волос и яркой помады до блесток на платье. Организм переполнялся всеми гормонами сразу, но главными были дофамин и тестостерон, про которые я тогда не знал. – Ты горячий, – шепнула Ленка, указывая взглядом куда-то вниз, и мои щеки заполыхали. – Горячий и смелый, не знала раньше. |