Онлайн книга «Иллюзионист. Иногда искусство заставляет идти на преступление, а иногда преступление – это искусство…»
|
– Как видите, это решительно невозможно. Ножка стула могла запутаться в проводе, только если вас не было в кресле. Охранник растерянно хлопал глазами. Холмс внимательно осмотрел пост охраны и даже заглянул в корзину для мусора. Его почему-то очень заинтересовало ее содержимое, состоящее в основном из пластиковых стаканчиков с остатками кофе. – Что вы ели перед тем как уснули в тот день? – спросил сыщик. – Я всегда ношу еду из дома. В тот день тоже. – Кто-то приходил в галерею поздно вечером? – продолжал допрос Холмс. – Артур Евгеньевич, вернулся на работу после восьми. Сказал, что забыл что-то доделать. – Он еще в галерее? – Шерлок посмотрел на часы. Было уже восемь вечера. Галерея закрылась час назад. – После смерти Соболева он часто стал задерживаться на работе. Думаю, он еще здесь. – Артур Евгеньевич? – позвал Холмс, застав Романова за изучением вентиляции в зале, где проходила посмертная выставка Соболева. Художник чуть не свалился со стремянки, обернулся, поглядев на вошедших испуганными глазами. На полу у стремянки лежал раскрытый альбом. Холмс поднял его, с интересом рассматривая рисунки, подозрительно похожие на фрагменты картин Соболева. Возле каждого из них были какие-то надписи, стрелочки и пометки. Романов спрыгнул вниз и вырвал альбом из рук Шерлока. – Мне показалось, вентиляция плохо работает. Решил проверить, – сообщил он. – Зачем вы позавчера возвращались в галерею после окончания рабочего дня? – спросил Шерлок. – Мне нужно было подготовиться к интервью для журнала. А в чем дело? Только не говорите, что вы меня подозреваете в краже картины?! – Я подозреваю всех, пока не доказано обратное. Вам нравится творчество Соболева? – спросил Холмс, все еще с интересом посматривая на альбом художника. – Как такое может нравиться?! Мне стыдно, что мои картины выставлены в одной галерее с этим! Если бы не Ярцев и Инна, Соболев бы никогда не пробился в мире искусства! Я понимаю, чем он завлек эту глупую девчонку. С его-то внешностью! Но совершенно не возьму в толк, как он очаровал этого толстосума?! Хотя чего ждать от человека, который начинал свой бизнес с обслуживания кофейных автоматов? Что этот человек вообще может понимать в искусстве?! Нужно иметь особый талант, чтобы сделать состояние на сублимированном яде! – А кто такой этот Ярцев? – спросил Ватсон. – Сергей Эдуардович? Это один из спонсоров галереи. Поговаривают, что он собрался купить все картины Соболева! Вот скажите, что такого в этих полотнах?! Романов почти тыкал пальцем в висевшую на стене картину с изображением какого-то искаженного лабиринта в черно-красных тонах. – А ты все никак не угомонишься, – раздался в дверях чуть хрипловатый мужской голос. В зал вошли Ярцев с помощником и Инна Хромова. – Соболев был очень талантливым художником. Мир искусства много потерял с его смертью. Я покупаю его картины, чтобы открыть галерею в память о Викторе Соболеве. – Что?! – Лицо Артура перекосилось. – Инна Олеговна, я бы хотел убедиться, что мои картины содержатся в надлежащих условиях, – сказал Ярцев, потеряв к Романову всякий интерес. – Да-да, конечно. Пройдемте. Артур проводил Инну и Сергея Эдуардовича злым взглядом, потом повернулся к Холмсу. – Кстати, позавчера поздно вечером Инна Олеговна тоже возвращалась в галерею. Но она ведь вам об этом не сказала? – Артур скривил губы в ядовитой усмешке и быстро направился прочь из зала. |