Онлайн книга «Феи Гант-Дорвенского леса»
|
Пауки прижались друг к другу теснее, отчего человеческий контур на земле стал ещё чернее и отчётливее. В воздухе застыла тишина: слышалось лишь негромкое шуршание паучьих лапок по сухой листве, и этот звук казался страшнее смеха Паучьего Короля. Вдруг Тилли почувствовала, как пауки начинают ползти по её ногам. Она истерично вскрикнула и попыталась стряхнуть мерзких тварей, но властный голос Паучьего Короля остановил её: — За каждого убитого из моих детей твоя деревня лишится по одному ребёнку. Подумай над этим, дитя! Тилли начало трясти от ужаса, брезгливости, отвращения и непонимания, что же ей делать дальше. Паучьи лапки щекотали кожу: гады ползли вверх, переползая с обнаженных ног девочки на её юбку. Вот низ её стал уже совсем чёрным от обилия пауков; они всё прибывали и прибывали, человеческий силуэт на земле не становился меньше, а Тилли уже не могла сдерживать истерических слез и всхлипываний. — Мои дети, — и Тилли до крови прикусила губу, когда на её правую руку взобрался огромный паук с мохнатым брюхом и гигантскими жвалами, — мои прекрасные феи рассказали мне… Они слышали твой разговор с подружкой — её же зовут Кейтилин, да? Как будто я могу лишь пугать и обманывать, но не выполнять своих ужасных обещаний. Это… очень расстроило меня, дитя. Я не стал злиться сразу, и сейчас не буду, но… — Да когда такое было-то, — срывающимся дрожащим голосом пропищала Тилли, с ужасом глядя, как армия пауков добралась до пояса. Некоторые из них полезли под одежду, и девочка чувствовала, как они щекочут её, как продолжают подниматься наверх. — Я что, дура, что ли?! Сама себе враг?! Да я… — Не смей перебивать меня! Голос проорал так громко, что на секунду оглушил Тилли, и она даже не заметила, как десяток маленьких паучков одновременно укусили её. Они продолжали лезть и почти добрались до плеч, а некоторые уже копошились в её волосах, путаясь лапками в кудрях и вызывая брезгливую дрожь своими прикосновениями. — Не тебе меня перебивать, — сердито звучал голос Паучьего Короля. — Хотя, быть может, я прощу тебя за эту дерзость, если ты согласишься отдать мне свою дерзкую и хамскую подружку. — К-Кейтилин? — с заиканием спросила Тилли: вот паук с мерзкими длинными лапами, тонкими, как человеческие волосы, взобрался на плечо… — Но з-зачем… — Зачем? Пауки наконец перестали продвигаться дальше. Они, правда, всё равно продолжали шевелиться, кроме тех здоровенных, что пристроились на ладонях Тилли, однако к шее не ползли и за ворот не заползали. Один паук чуть-чуть выбился вперед, растопырил толстые волосатые лапы и коснулся ими подбородка девочки, как пальцами. — Дитя, я бы мог не просить тебя, а просто самому забрать твоих жалких, никчемных родственников! — Не надо! — Слова сорвались с губ Тилли сами собой. — Прошу, пожалуйста! — Не надо? — Паук смотрел прямо в глаза плачущей девочки, и его взгляд выглядел почти человеческим. Сквозь мутную пелену слёз Тилли даже почти удалось разглядеть белки и разноцветную радужку вокруг зрачков; но, может, ей это просто кажется? — А я считаю, что надо. — Нет!!! — Не перебивай меня, дитя. — Паук шевелил хелицерами, словно разговаривая ими. — Никто не смеет перебивать меня. Хорошенько запомни это, дитя. Пауки наконец взобрались на голову девочки, и Тилли уже чувствовала, как они заползают в уши, больно цепляясь за кожу — как они никогда не делают этого в городе. |