Книга Аркан смерти, страница 17 – Юрий Усачёв

Вот так в твоё утро ворвался стресс от непрочитанного вовремя сообщения, который породил кучу нелепых действий, сбил отработанный алгоритм и запустил неприятную цепочку мини-событий. Мы часто попадаем под юрисдикцию закона подлости и убеждаем себя в том, что народная мудрость, гласящая «Беда не приходит одна», непревзойдённая истина. При этом не пробегает даже маленькой мыслишки о том, что мы сами ответственны за действие на раздражающее событие и дальнейший сбой в нашей ежедневной утренней программе.

Подобные реакции всё-таки можно отрегулировать и научить себя воспринимать неожиданные внеплановые изменения как естественный ход вещей. Но ко всему подготовиться невозможно.

Так, я не был готов к тому, что скрип челюсти и мимолётное видение бордового полотна перед глазами на доли миллисекунд отправят меня в другое измерение. Неожиданный удар в лицо мог выпихнуть меня из реальности, если бы не шустрый, как муха, вопрос в голове: «За что?!» Прищурившись от боли и потирая левую скулу, я разглядел, как Амалия уже намеревается захлопнуть передо мной дверь, и успел выкрикнуть, не разжимая челюстей:

– Стой, что это было?!

Не отпуская дверную ручку, она холодно посмотрела на меня и выдавила со злостью:

– Ты не вовремя!

Я прощупывал руками горевшее от удара лицо и пытался завязать разговор:

– Извини, но неужели сейчас за несвоевременный приход бьют по лицу?

Нокаутирующий взгляд её серых глаз и высокие скулы на мгновение парализовали меня, но я быстро очнулся и решил смягчить ситуацию:

– Может, ты меня впустишь и мы обсудим это?

Ответом было многозначительное молчание и всё тот же немигающий жёсткий взгляд, под напором которого мне захотелось превратиться в червя и уползти как можно глубже под землю.

Я решил обойти эту жёсткость и выстроить маленький мостик между нами. От удара мозг заработал с большей скоростью и пришло решение: просто признать своё дурное поведение после похорон.

– Я знаю, что я эгоист. Ни разу не спросил о твоём самочувствии и состоянии. Сам был погружён в затянувшийся траур.

– Да нужен ты мне был со своим вниманием! – резко выпалила Амалия. – Чего тебе надо?

Смятение от произошедшего стёрло все мои намерения. Резкие выпады Амалии с каждой её короткой фразой будто отрезвляли меня от дружеско-меланхоличного настроя. Только сейчас я осознал, что я вижу перед собой. Дом Герора и Амалии выглядел запущенным, словно здесь давно никто не живёт. Жёлтые стены потускнели, а синяя крыша тяжело давила грузом горя, обид и разочарования. Территория была в снегу, а недоделанные качели рядом с домом обзавелись ледяной коркой. Окна без штор напоминали открытые глаза покойника, смотрящие в бесконечность. Никаких мелких украшений в виде огоньков или ламп, обнажённое опустошение.

При этом сама Амалия выглядела, будто кинозвезда, заехавшая в апартаменты умершей тётушки для получения наследства. Её большие серые глаза были чрезмерно подведены, а длинные прямые чёрные волосы превратились в строгое каре. Судя по её брючному костюму в полоску цвета асфальта после дождя, Амалия либо куда-то собиралась, либо только что пришла. Я действительно оказался не вовремя.

– Хочу поговорить… – тихо сказал я, опустив голову.

– Слушай, на похоронах ты устроил такую заваруху… мне пришлось ещё долго расхлёбывать её последствия. Мне звонили родственники с вопросами, что за сумасшедший припёрся на церемонию, а служители церкви, которых ты послал к чёрту, сразу после погребения обратились в полицию с жалобами на тебя. Я разрешила эту ситуацию, объясняя всем твоё поведение чрезмерным горем. Но должна ли была это делать?