Книга Аркан смерти, страница 66 – Юрий Усачёв

– Всё именно так! – перебил её я. – Только зачем Элла спасла меня на мосту? Я бы просто стал следующей жертвой! К чему такой длительный спектакль?

Зиф и Аллан остались сторожить выход, остальные медленно окружили нас. Агата вышла вперёд и произнесла:

– Давайте начнём посвящение! Он всё поймёт позже.

Все скинули с себя халаты и оказались в красных латексных комбинезонах с бриллиантовыми ремнями вокруг пояса. Рюдгер скрутил меня одним движением, вывернув левую руку за спину. Коротким пинком по голени он свалил меня на пол. Мой локоть хрустнул, и я закричал.

– На столе будет удобнее всего. Бросай его! – скомандовала Амалия.

Лысый подчинённый этой сумасшедшей закинул меня на стол. Несколько рук стащили с меня зимний комбинезон, свитер и футболку, быстро перевернули на грудь. Кто-то дёрнул на себя мой повреждённый локоть, и я снова вскрикнул от боли. Меня привязали за ноги и за руки к столу, перекинув верёвки через приваренные к полу ножки.

Аллан ехидно заметил:

– Не придумывай только ничего религиозно-идиотического! Это не распятие! А то возомнишь себя вторым Иисусом.

Я просто ощущал голой грудью холодную поверхность, тянущую резь в запястьях и ужасную боль в левом локте, из-за которой меня начало трясти. Складной нож предательски вдавливался в ногу внутри ботинка. Для него есть работа, но он вне зоны доступа. Я обречён.

Агата села на пол так, чтобы оказаться лицом к лицу со мной, и погладила меня по голове. Заняв позу Будды, она продолжила всё с той же заботливостью, словно выживший из ума старец:

– Милый Уильям, тебя ждёт другая процедура. Бланку и Герора мы посвятили ожоговыми шрамами в форме числа двадцать семь, но ты… С тобой лучше пойти другим путём.

– Вы… все… сумасшедшие твари! – произнёс я через стиснутые зубы.

– О нет. Никто не сходил с ума. Нас назначили свыше закрыть Клуб 27, – мягко улыбнулась Агата. Все остальные шуршали с другой стороны и готовились сделать со мной неизвестно что.

Выражение моего заинтересованно-испуганного лица отразилось в глазах Агаты.

– Лиам, давай-ка я тебе расскажу всю историю от самых истоков, начиная с тех времён, когда нас с тобой даже в проекте родителей не было. Ты только не дёргайся, а то будет больнее, чем планировалось.

На стол запрыгнула чья-то туша и села на меня верхом. Судя по тяжести и запаху трёхдневного мужского пота, это был Рюдгер. Холодные мазки чего-то мягкого поползли по коже спины. В нос ударил обжигающий запах спирта. Разводы чем-то тонким, но не острым. Жужжащий звук тихо встрял в картину происходящего и ворвался щиплющей болью. Тысячи комаров впились в меня между лопаток. Я попытался сжаться и вытолкнуть боль мышечным напряжением, но верёвки плотно придавили тело к столу. Меня будто бы медленно разрезали на микроскопические кусочки. Резь перешла в жжение, и я зарычал.

– Сейчас всё пройдёт, – успокаивала меня Агата.

Противное жужжание раздражало, а режущее ощущение растекалось горячим потоком. Моя кожа плавилась, как свечной воск. Периодически Рюдгер неуклюже протирал меня в самых болезненных местах и спускал жжение от лопаток к пояснице.

Я действительно привык к боли и уже практически не чувствовал её. Насколько позволяло прикованное положение, я поднял голову и посмотрел по сторонам. Аллан проверял узлы на моих руках и ногах, периодически подтягивая их, Зиф держала какие-то банки, Амалия отправилась за белую дверь в центральной стене, Элла скучающе наблюдала за работой Рюдгера, Анна села рядом с Агатой и положила голову ей на плечо.