Книга Море никому не расскажет, страница 3 – Юрий Усачёв

Проходя мимо большого зеркала у ресепшена, пришлось окинуть себя взглядом. Белый халат оттенял смуглую кожу. Треугольное лицо с яркими скулами устало погрузилось в килограммы тонального крема, черную тушь и светло-розовую губную помаду. Медного цвета волосы выскочили из пучка от дневной суеты, а некоторые приклеились к шее и щекам. Невысокая девушка, спрятавшаяся от прошлого под покровом чужих зависимостей.

День заканчивался, мы провожали гостей конференции. За мной точно наблюдали, так как я почувствовала раздражение и небольшой страх. Чутье не обманывало – на меня смотрел высокий парень с двухдневной небритостью, в желтом кардигане до середины бедра. Джемпер, брюки, ботинки и даже зонт-трость были черными, только яркий цвет верхней одежды выделялся и привлекал внимание. Его почти прозрачные глаза смотрели на меня, пока он зализывал назад плоской расческой темно-русые волосы, открывавшие небольшие залысины. Легкая улыбка, и он вышел на улицу.

Еще целый час мы приводили все помещения в порядок. Я вышла из центра в темноту. Незнакомец в желтом кардигане стоял у входа и курил сигареты с мятой. Я испугалась и зашагала в другую сторону.

– Простите, Аманда! – крикнул он мне вслед.

Я дернулась, услышав свое имя, и резко обернулась.

– Не собирался вас пугать, – смущенно продолжил парень, медленно двигаясь ко мне, – но очень хотел с вами познакомиться. А имя я выпытал у своего коллеги, он работает в вашей организации наркологом. Просто вы мне очень понравились…

Он робко покраснел и посмотрел на свои идеально вычищенные ботинки.

Мы встречались целый год, стали жить в его маленьком доме на севере Даутфолса рядом с сосновым лесом. Эрик неоднократно предлагал мне помощь в терапии моих психотравм. Ему я тоже не рассказала о своем фильме, но ночные кошмары демонстрировали ему как профессионалу, что все совсем не в порядке. Он мирился с моим нежеланием вскрывать эти наспех сделанные швы. Постепенно сны стали тише, я перешла на новую работу в его частную клинику менеджером по персоналу.

Все прошло через пару лет. Больше ничего не вспоминалось. Я перестала избивать незнакомого человека и видеть в нем истерзанную себя. Все было хорошо, пока Эрик не умер.

Один из клиентов ворвался в клинику с просьбой срочно увидеться со своим психотерапевтом. С моим Эриком. Его в этот день одолела простуда и все консультации пришлось срочно отменить. Я до сих пор не могу вспомнить, где была, когда поехавший крышей мужчина, требуя встречи с лечащим врачом, выскочил из реабилитационного центра и пулей долетел до нашего дома. Он разбил окно спальни и, перепрыгнув через подоконник, вонзил огромный нож в его горло.

Преступника посадили. Застрахованная жизнь моего любимого оборвалась и вернулась ко мне окровавленными деньгами, которые якобы должны были загладить боль. Как так вышло, что, не будучи моим мужем, Эрик оставил все свое имущество мне, я не знаю. Утонувшую в слезах во время похорон меня коснулся высокий темнокожий мужчина в строгом костюме и представился личным адвокатом моего любимого. Я не могла говорить с ним и попросила о встрече в другой день.

Через неделю, сидя в своем кабинете в кресле из дорогой бордовой кожи, адвокат сообщил, что все имущество переходит ко мне, в том числе домик на берегу моря в крохотном малоизвестном городке под названием Нордтаун. В том самом, где я прожила два года, зарабатывая себе на учебу. В том самом, где был снят мой фильм.