Книга Море никому не расскажет, страница 54 – Юрий Усачёв

Ладонь напряглась, и ногти поскребли по поверхности двери, добравшись до ручки. Заперто. Я решительно нажал на звонок.

– Эрик, открой, пожалуйста! – приглушенно прозвучал внутри женский голос.

Дверь распахнулась. Наши взгляды сложились в один канал и проникли внутрь друг друга. Мы были очень похожи, только он улыбался, а я был серьезен. Он транслировал свет, я – тьму. Инь и Ян наконец-то встретились.

Улыбка второго Эрика застыла в натянутости от непонимания:

– Здравствуйте! Чем могу помочь?

Добродушный. В этот момент еще и смущенный. Он явно оценил наше сходство и гадал о личности пришедшего. Кто же я?

– Добрый вечер. Мне нужны Дея и Роман Голд, – спокойно ответил я, продолжая сверлить взглядом его прозрачные глаза.

– Они дома. Заходите. Мам, это к вам!

Я прошел сразу в гостиную. Розы на обоях застыли как-то по-особенному и наблюдали за неожиданным появлением странного юноши. Меня.

Отец сидел на диване и расставлял на маленьком стеклянном столике чашки. Семья собиралась пить чай и вести задушевные беседы. Чуть фальшивя, Роман Голд напевал неизвестный мне русский романс:

Вокал прервался. Непонимание оглушило отца при взгляде на меня. Невозможно было поверить в возвращение первого сына. Он узнал, это было видно по лицу. Его рот чуть приоткрылся в попытке извлечь первые слова для меня спустя столько лет и застыл.

В гостиную, обсуждая, кто пришел к ним в этот вечер, зашли мама и приемный Эрик. Звон разбивающегося фарфора загипнотизировал сцену нашей встречи, когда из рук Деи Голд выпал чайник со свежей заваркой. Запах зеленого чая с чабрецом быстро разлетелся по комнате.

Мама упала на колени и, схватив меня за ноги, начала рыдать. Родители не могли не узнать собственного сына, даже после стольких лет.

Мой тезка ничего не понимал. Он отошел и облокотился о стену.

Никто ничего не говорил.

– Боже, Эрик? Ты жив? – наконец произнес отец.

– А ты все так же делаешь чучела из лис, не так ли? Похоже, я унаследовал от тебя эту странную тягу. После того как я ушел от новых родителей, почувствовал сильное желание заняться этим делом. Яблоко от яблони, как говорится, – ответил я безэмоциональным тоном, не обращая внимания на рыдающую мать.

– Ушел от новых родителей? У кого ты жил? Как вообще такое возможно?! Мы же думали, что ты утонул! – Отец заерзал на диване.

– Нет. Не утонул. Но это неважно, вы ведь нашли мне замену.

Я повернул голову к шокированному Эрику и продолжил:

– Думаю, стоит позаимствовать одну привычку у царей. Я буду Эрик I, а ты Эрик II, чтобы не запутаться. Ты же появился после меня.

– Вы говорили, что он умер, – обратился приемный сын к приемному отцу. – Неужели даже не искали пропавшего сына?

Тишина. Мать перестала рыдать.

– Меня заставили принять имя другого человека и удовлетворить ваше нежелание смириться с горем, вместо того чтобы искать сына! Запирали меня в подвале и навязывали чужую личность! – Эрик II перешел на крик.

Отец встал с дивана и направился к нему:

– Да как ты смеешь, ублюдок!

Подойдя, Роман Голд замахнулся, но молодое тело было пронырливее и злее в этот момент. Приемный Эрик толкнул отца, тот отшатнулся, потерял равновесие и рухнул на стеклянный столик с чашками. Звон был такой громкий, что даже море вздрогнуло.