Книга Другая жизнь Адама, страница 65 – Юрий Усачёв

Политик исполнил свое желание, обратившись в сомнительную контору, которая оказалась партнером юристов черного рынка. Он пострелял из ружья и забрал последнюю выжившую, как и планировал, после чего получил записи своего деяния с требованиями стать открытым каналом для подпольной деятельности. Для нас документы были сделаны благодаря этим махинациям.

Я узнал, что это желание было воплощено в реальность, уже после того как нам выдали бумаги, подтверждающие французское гражданство. Мы обратились на черный рынок, не понимая, к каким людям идем. Ожидали высокие цены, но не такие. Выяснилось, что не всем нужны просто деньги. Да, мы отдали очень много купюр, но кроме того, стали частью мерзкой системы.

Такие юристы работали не только с мигрантами. Их каналы позволяли совершать и другие сделки. Дорогие во всех смыслах.

– Нас не касается то, что они делали. Мы пришли за помощью. Все, – сказала Ив, когда мы уже выпутались из этой истории.

Мне нечего было на это ответить: узнать, во что мы влипли, да еще таким образом, было чересчур.

С документами получилось снять жилье и найти работу, для нас могла бы начаться новая жизнь. Если бы не один нюанс – теперь и мы стали жертвами шантажа. Те же юристы обещали сделать нас центром скандала и вскрыть историю легализации во Франции. Так мы узнали подробности произошедшего. С нас ведь требовали не денег. Ценность наших персон заключалась в работе на побегушках. Нас хотели заставить выполнять грязную работу при транспортировке людей из других стран, которых украли или купили. Мы должны были погрузиться в историю подпольного дерьма с головой и стать винтиками в большой системе насильственной эксплуатации людей. Рабов. Я вспомнил рассказ Гермеса о контрастах современного мира, где живут и дикие нравы, и прогрессивные технологии.

С нами на связь вышел двадцатипятилетний парень с крашенными в зеленый цвет волосами. Его левый глаз был подернут небольшим шрамом в виде стекшей кожи. Скорее всего, это ожог. Он пришел к нам, представился ассистентом юридической конторы, в которой мы делали документы, и оставил небольшой пакет с якобы дополнительными важными бумагами для нас. Его цвет волос и шрам контрастировали с черными брюками и приталенным пиджаком. Говорил парень кратко и безэмоционально. Обещал прийти через два дня, чтобы проверить, «все ли у нас в порядке».

Немного удивления, вскрытый конверт, и все стало ясно. Ив прочитала вслух адресованное нам письмо с угрозами и дальнейшими инструкциями, а потом села на кровать с остекленелыми глазами и запела на французском:

Она была будто в трансе, чем напугала меня еще больше. Потом, немного помолчав, улыбнулась и сказала:

– Не обращай внимания. У них ничего не выйдет.

Я настаивал, что нужно бежать. Ив же молча помотала головой.

К тому времени она стала работать певицей в парижском ресторане «Sang rouge»^[12], исполняя каверы на песни ее любимой Милен Фармер. Я же стал вечерами подрабатывать барменом рядом с квартирой. Два дня длились как два года. Во мне бурлила паника, а Ив была чрезмерно спокойна.

– Ты совсем не осознаешь, что происходит с нами? – не выдержал я.